Книга За руку с ветром, страница 301 – Анна Джейн

Пока мы развлекались не самой умелой ездой, выехав за черту города и разогнавшись по трассе, постепенно начало светать. И хотя восточная половина неба только-только пробуждалась от ночного забвения, было понятно, что заря будет яркой. Какой-то особенной.

— Я люблю рассветы, – задумчиво произнесла я, и мы с Владом совместно решили, что было бы здорово встретить начало дня на берегу реки, к тому же мы совсем близко от него. Таня и Дэн, который опять уложил буйную головушку мне на плечо, восприняли это предложение без особого энтузиазма, а вот мы с челкастым прямо-таки загорелись идеей.

— Тут же неподалеку отменное место есть, оттуда рассвет круто встречать. Щас я вас мигом домчу! – сообщил водитель, несколько неуклюже разворачивая машину.

— Что ж, веди, Сусанин, – отозвался Смерч, так и не открывая глаз. Знал ведь, что поедем по прямой трассе!

— И поведу! – задорно сказал Челка и даже нажал на газ. По днищу тут же что-то протестующее застучало.

На место, откуда, по словам Влада, было круто встречать рассвет, приехали мы быстро – спустя несколько минут. Мы оказались на высоком берегу, где одна река впадала в другую. Именно здесь несколько сотен лет назад казаки во главе с воеводой – основателем города выстроили старый острог, который впоследствии и получил статус города. Правда, потом острог сгорел, и его было решено перенести подальше, туда, где сейчас находится географический центр нашего замечательного индустриального поселения. В конце девяностых губернатор решил увековечить память основателей, и на месте старого острога сделали набережную с бронзовым изваянием символа города. Говорят, хотели сделать музейный комплекс под открытым небом, реконструировав самострог, но на это не хватило денег. Однако, и без музея это местечко было довольно популярно у местных. Многие свадебные картежи в обязательном порядке заезжали сюда, чтобы повязать ленточки на кованые перила и сфотографироваться на фоне реки, холмов или памятника. А мы приехали сюда встречать рассвет. Никого, кроме нас, на набережной, конечно же, не было.

Дэн, наконец, поднял голову и осмотрелся, пытаясь сориентироваться. Он был такой растрепанный, сонный и, как ребенок, недовольный тем, что ему приходиться вставать, что я умилилась. Все-таки Дэнка и правда похож на большую дружелюбную собаку шоколадного цвета.

— Мы как раз вовремя, – довольно сказал Челка, заворачивая на пустую парковку перед набережной. – Выходите, ребятки. Я довез вас до неба.

Я и Денис первыми оказались на улице, уже привычно держась за руки. Здесь, за городом, даже дышать было легче. А еще мой взгляд, как магнитом, притягивал необычайно яркий алый рассвет, который растекался на востоке неба, как кровь из раны на светло-грифельной рубашке. И я не думала, что под таким прекрасным небом нас может поджидать опасность.

В эти минуты я была пьяна от своих чувств и хотела только одного – чтобы время вокруг нас остановилось, пусть не навсегда, но хотя бы на несколько часов.

* * *

Утро настало как-то неожиданно. Когда Марина распахнула один глаз, то сразу поняла, что находится не дома, а в совершенно незнакомом месте, хорошо освещенным солнцем, нагло лезущим сквозь каждый квадратный сантиметр стекла. Она лежала на боку, касаясь спиной какой-то подозрительно теплой стены, а подушка под ее головой была узкой и жесткой. Еще у нее слегка побаливала голова, да и во рту было пустынно сухо.