Книга Твое сердце будет разбито, страница 164 – Анна Джейн

Барс шел рядом, толкая тележку. Продукты его не особо интересовали. Он вообще казался отстраненным. А мне почему-то хотелось приготовить ему ужин, хотя готовить я умела лишь несколько блюд. Среди них была паста карбонара. Ему точно должно понравиться! К тому же у меня получается неплохо. Да и деньги на карте есть. Кажется, на всё должно хватить, да еще и останется немного.

Взяв всё необходимое для пасты, я пошла к отделу с товарами для животных и взяла игрушку для котенка. Потом подумала, что Лорд обидится, и взяла ему кость из жил.

— Мы долго еще тут будем? — спросил Барс.

— Сейчас на кассу пойдем! — ответила я и увидела мыльные пузыри по акции. Я обожала их и, разумеется, положила в тележку. Дима одарил меня выразительным взглядом.

— Зачем? — только и спросил он.

— Буду тебе пузыри в лицо дуть, — хихикнула я и первой пошла к кассам. Он вместе с тележкой пошел следом. А это удобно, когда есть собственная рабочая сила. Еще и пакет потащит до дома. Красота!

Как часто это бывает, из множества касс работали не все, и мы застряли в очереди. Перед нами стояла бабушка очень интеллигентного вида. Старенькое, но опрятное пальто, берет, изношенная, но чистая обувь. Палочка в руках. Она взяла хлеб, кефир, пачку простого печенья и колбасу, но почему-то ей не хватало денег, чтобы расплатиться. Она растерянно перебирала мелочь в кошельке.

— Вы извините, но на ценнике у колбасы другая цена стояла, — расстроилась бабушка. — На тридцать рублей дешевле. Я и взяла…

— Я откуда знаю, что там стояло? — недовольно взглянула на нее кассир. — Вы же видите, какую цену пробивает? Видимо, поменять не успели. Брать будете или как?

— А можно от колбасы отказаться? — вздохнула бабушка. Кажется, ей было безумно неловко.

— Можно, — поморщилась кассир. — Сейчас отмену сделаю.

У меня защемило сердце. Ну как же так? Почему кто-то живет богато, когда старики не могут позволить себе чертову палку колбасы? Разве это справедливо?

— Не убирайте! Я добавлю! — спешно сказала я. — Сколько там не хватает?

— Тридцать два рубля, — ответила кассир, скользнув по мне равнодушным взглядом, и я полезла в карман. Там как раз лежало пятьдесят рублей.

— Девушка, милая, не надо! — ахнула бабушка. — Ты чего, себе лучше шоколадку купи!

— Ничего страшного, — улыбнулась ей я. — Мне приятно помочь, вы что!

Перед тем, как уйти, бабушка сунула мне в руки горсть конфет из своего кармана. Обычных дешевых леденцов в обертках, которые, кажется, не менялись с советских времен.

— Вот, возьми, — сказала она, вкладывая конфеты мне в ладонь. — Чай с ними попьешь. Спасибо, выручила старую.

Отказываться было неловко, и я сунула их в карман. Мы попрощались, и я повернулась к кассиру, чтобы расплатиться, однако это сделал Барс. Он протянул ей наличку, получил сдачу и, взяв пакет, подтолкнул меня вперед.

— Идем, — бросил Барс, и я пошла следом.

— Скажи, сколько вышло! Я тебе на карту переведу! У тебя же есть карта? Эй, ты меня слышишь? Прием, Барсик! Алло!

Он молчал. Совсем дурной, что ли? Что опять не так?!

— Кофе хочешь? — вдруг спросил Дима, останавливаясь около островка с названием «Кофе с собой». Его вопрос поставил меня в тупик.

— Не знаю, — заморгала я.

— Значит, хочешь, — почему-то решил он, разглядывая витрину. — Какой? Капучино? Латте?