Книга Неудобная для двоих, страница 44 – Анна Жар

Вечером Эмилио вернулся с пакетом готовой еды.

— Я купил ужин, — объявил он, выставляя контейнеры на стол.

Лея посмотрела на него.

— Сам решил?

— Да.

— Молодец.

Он прищурился.

— Не надо.

Она улыбнулась.

— Прости.

— И это тоже.

— Ты невыносимый.

— Учусь.

Мы ужинали на кухне, разговаривая о совершенно обычных вещах. Эмилио рассказывал о мастерской и очередной перепалке с Карло. Я упомянул затянувшиеся переговоры с Дельгадо, а Лея пожаловалась на соседскую собаку, которая опять рыла землю возле забора. В какой-то момент я даже почти расслабился. Разговор напоминал сотни наших прежних вечеров. Эмилио шутил, Лея смеялась, я делал вид, что не нахожу в его замечаниях ничего забавного. Именно тогда она сказала:

— Сегодня я буду спать в гостевой.

Моя вилка остановилась на полпути к тарелке. Эмилио тоже замолчал. Вот и проверка.

— Почему? — спросил он.

Лея посмотрела на него.

— Потому что хочу.

Никакой драмы, никакой новой ссоры. Она просто хотела провести ночь одна. Я прекрасно это понимал. Но раздражение всё равно возникло мгновенно. Лея заметила.

— Ри?

— Ничего.

Она нахмурилась.

— Не начинай.

Я положил вилку.

— Мне не нравится.

— Знаю.

— И я не понимаю.

— Не обязательно.

Почему-то именно эти слова задели сильнее всего.

— Конечно, обязательно.

Лея выпрямилась.

— Нет.

Эмилио молча переводил взгляд с неё на меня, явно решив пока не вмешиваться. И правильно.

— Если ты уходишь из нашей спальни, я хочу понимать почему, — сказал я.

— Я не «ухожу из нашей спальни», Риандре. Я сегодня хочу спать одна.

— Разница семантическая.

— Нет, — твёрдо возразила она. — Разница огромная.

Я уже собирался спорить, когда вдруг вспомнил утренний разговор. Не принимать её возвращение за обещание. Не считать одну совместную ночь доказательством того, что следующая обязательно будет такой же. Вот оно. Не теория, которую удобно обсуждать за утренним кофе. Настоящая ситуация, в которой мне предстояло поступить иначе. Я глубоко вдохнул.

— Хорошо.

Лея внимательно посмотрела на меня.

— Это настоящее «хорошо»?

— Нет.

Она почти улыбнулась.

— Но?

— Но я не буду спорить.

Некоторое время она молчала, затем кивнула.

— Спасибо.

Эмилио шумно выдохнул.

— Я сейчас заплачу.

Мы оба повернулись к нему.

— Что? — невинно спросил он. — Просто вы разговариваете как взрослые.

Я бросил в него салфетку. Он ловко увернулся, и Лея рассмеялась. К разговору о спальне мы больше не возвращались.

Ночью середина кровати снова оставалась пустой. Эмилио лежал рядом, не спал, и я прекрасно это знал по тому, как часто он менял положение. Наконец он повернулся ко мне.

— Ри.

— Что?

— Ты злишься?

— Да.

— На неё?

— Немного.

— На себя?

— Больше.

Он помолчал.

— Почему?

Я смотрел в темноту, пытаясь сформулировать ответ.

— Потому что какая-то часть меня до сих пор считает: если вчера она выбрала нас, сегодня должна сделать то же самое.

— Да.

— Это ненормально.

— Нормально.

Я повернул голову.

— Что?

— Нормально так чувствовать, — объяснил Эмилио. — Ненормально заставлять её за это платить.

Я промолчал. Иногда он бывал раздражающе полезен.

— Не говори Лее, что я сказал что-то умное, — добавил он.

— Почему?

— Испортишь мне репутацию.

Я невольно усмехнулся. Мы снова замолчали. За стеной ничего не было слышно. Я не знал, спит ли Лея, читает ли книгу или просто лежит с открытыми глазами. Несколько раз возникало желание подняться и проверить. Я не стал. Не потому, что перестал беспокоиться, а потому, что наконец начал понимать: тревога сама по себе не даёт мне права нарушать чужие границы.