Книга Тайная красота, страница 111 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Спокойной ночи, милая. Прости.

Через пять минут Бретт услышал ровное дыхание Лии, но сон к нему не шел. Как Лия разговаривала с Карло… между ними наверняка что-то было. Он вспомнил тот вечер, когда Лия отмечала двадцать первый день рождения и те двое танцевали. Через три недели Лия вернется в Милан в когти Карло. Как Бретту справиться с мыслями о них наедине вместе, он не представлял.

Однако эти мысли улетучились после того, как Бретт и Лия провели чудесные выходные, вместе развлекаясь в Нью-Йорке.

В субботу утром они отправились за покупками в Рокфеллеровский центр, а после обеда долго гуляли по Центральному парку и наблюдали, как на карусели катаются малыши. Вечером Бретт повел ее в «Сарди», и они зачарованно, как дети, смотрели на находящихся неподалеку звезд Бродвея. Потом, доехав на такси до дома отца Бретта, посидели на террасе, наслаждаясь теплым сентябрьским воздухом и потягивая кофе.

— Здесь очень красиво, – восхитилась Лия. – Когда ты приезжаешь ко мне, тебе, наверное, кажется, что попал в трущобы.

— В отличие от этой, в твоей квартире есть душа.

Бретт обвел рукой комнату. Он убедил Лию остаться у него ночевать, сообщив, что отца нет в городе и она избежит неловкой встречи за завтраком.

К сожалению, Бретт ошибся. Когда они вдвоем в халатах поднялись по лестнице, чтобы за завтраком насладиться великолепным видом на Центральный парк с террасы, Дэвид уже сидел там и читал газеты.

Лия внимательно рассмотрела отца Бретта. Дэвид Купер совсем не походил ни на сына, ни на сестру. У него были светлые с проседью волосы, загорелая кожа и проницательные голубые глаза, которые изучали Лию с таким же интересом, с каким она его.

— Вижу, у нас гость. Лия Томпсон, я полагаю.

Он поднялся, чтобы пожать ей руку, и Лия отметила, что Дэвид немного ниже ее ростом, но с крепким, коренастым телосложением. Она протянула руку, и Дэвид крепко ее пожал.

— Мы вроде не встречались, но ваше лицо кажется мне ужасно знакомым, – пошутил он.

Лия рассмеялась вместе с ним, хотя слышала эту фразу уже тысячу раз.

Они сели за стол на террасе, и горничная принесла им кофе и круассаны. Пока Бретт оживленно разговаривал с отцом, Лия сравнивала Дэвида Купера с Энтони Ван Шиле. Дэвид излучал власть, от которой захватывало дух, но если Энтони Ван Шиле был скромен в отношении своего огромного богатства, Дэвид Купер, казалось, носил его как мантию. Лия его стеснялась и обрадовалась, когда он встал из-за стола, вежливо попрощался с ней и оставил их наедине.

— Извини, что так получилось. В последний момент у папы изменились планы, – пояснил Бретт, жуя круассан. – Ну и что ты об этом думаешь?

Он бросил мимолетный взгляд на газету.

— Думаю о чем?

— О папе, конечно.

— Он ни капельки на тебя не похож, – осторожно ответила Лия.

— На работе говорят то же самое. Большинство сотрудников его боятся.

— Ничего удивительного.

Бретт взглянул на Лию, требуя объяснения.

— Я имею в виду, что он просто… источает власть. Хотя кажется очень приятным, – добавила она.

— Да, когда поближе его узнаешь. Поэтому я рад, что пришел к нему работать. В детстве я его почти не знал. Он всегда был от меня далеко. И я считаю, что этот страх передался мне. Но с тех пор как я прилетел в Нью-Йорк, он будто изменился, стал мягче, что ли. – Бретт пожал плечами. – Знаешь, я по-настоящему восхищаюсь его успехами. Он создал этот огромный бизнес на пустом месте, с нуля. И все сам. Здесь много крупных конгломератов, которые передавались из вторых и третьих рук. Отец за тридцать с лишним лет в одиночку добился того, на что у других компаний уходит значительно больше времени. – Бретт сморщился. – Боюсь, такого не получится, если быть душкой для подчиненных.