Книга Тайная красота, страница 155 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Миранда почувствовала внезапный прилив сил. Она схватила со столешницы дорогую антикварную статуэтку и швырнула в дверь. Безделушка разлетелась на сотни мелких кусочков.

— Ублюдок! Ты мне заплатишь, Сантос. За нас обоих, – тихо добавила она.

— Пепел к пеплу, прах к праху… – тихо произнес викарий.

Лия наблюдала за пожилой парой, которая, поддерживая друг друга, подошла к открытой могиле. Женщина бросила розу на крышку гроба, потом вернулась в объятия мужа и тихо заплакала.

Серое январское утро будто горевало вместе с ними. Проходя мимо Лии, мать Дженни взяла ее за руку. Лия увидела прекрасные голубые глаза, такие же, какие были у ее неотразимой подруги.

— Еще раз спасибо тебе, Лия. Ты сделала все что могла. Дженни любила тебя как сестру. Она рассказывала о том, как хорошо ты к ней относилась.

Женщина посмотрела вдаль, сжала руку Лии и отошла. Толпа начала рассасываться, и Лия подошла к могиле.

— Прощай, Дженни. Я тебя люблю, – шепнула она.

Слезы щипали глаза, но никак не могли пролиться. Все казалось совершенно нереальным. Лия и представить себе не могла, что дубовый гроб, усыпанный цветами, имеет какое-то отношение к юной красивой подруге.

Присутствовавшие на похоронах сильно плакали, особенно Мадлен.

Отойдя от могилы, Лия почувствовала руку на плече.

— Как ты?

Голос был сильный и успокаивающий, и она взглянула на Энтони.

Рядом стоял Джек с печальными глазами.

— Все в порядке. Нам лучше вернуться в квартиру. Я уже многих отправила туда.

Энтони кивнул и обнял ее за плечи. Они вышли с кладбища последними.

Возвращались к лимузину Энтони они молча. После того что произошло, любые разговоры казались пошлыми.

Когда они вошли в квартиру, гостиная уже была полна гостей. Официанты разносили бокалы с шерри и безалкогольными напитками.

Лия пробиралась через толпу, и ее коробили обрывки разговоров. Обсуждали новую британскую восходящую звезду и последний номер журнала «Вог». Словно Дженни никогда и не существовало.

— Милая, ну что можно сказать. Это большая трагедия. Дженни была одной из моих лучших моделей.

Перед Лией стояла Мадлен, воплощение элегантного горя в черном костюме от Ланвен, дополненном шляпой-таблеткой с вуалью. Лие хотелось закричать. Мадлен и пальцем не шевельнула, когда Дженни попала в беду. Ее волновало лишь то, чтобы, сорвавшись с катушек, «товар» не испортил ее комиссионные. Мадлен, как и остальные лицемеры в гостиной, была так же виновата в этой смерти, как и сама Дженни. Когда дела шли хорошо, они были рады заработать на ней как можно больше денег, но бежали от нее, как от чумы, как только появились проблемы.

Лия с трудом сдерживала гнев.

— Энтони, это Мадлен. Она владелица нашего агентства.

Энтони протянул руку, и Мадлен ее пожала.

— Рада познакомиться, мистер Ван Шиле. Лия много о вас рассказывала. Ее работа в «Шаваль», кажется, продвигается успешно. Говорят, продажи резко увеличились. Она оправдывает ту небольшую оплату, о которой мы договорились. Вы согласны?

Мадлен, флиртуя, похлопала ресницами. Это было невыносимо.

Всю неделю, оцепенев от горя, шока и чувства вины за то, что не смогла предотвратить смерть подруги, Лия расхаживала по пугающе тихой квартире, пытаясь во всем разобраться. Ответов не нашлось, но она приняла решение. Фальшивый мир, в котором она жила, разрушил судьбу молодой красивой девушки, которой только бы начинать жизненный путь, а не лежать в могиле в двух метрах под землей. Мир был испорченным, и хотя Лия полагала, что модельная сфера, вероятно, не хуже любого другого бизнеса, ей нужна была передышка, чтобы попытаться вернуть себе простую радость жизни и молодости. В двадцать один год она чувствовала себя озлобленной старухой. Ей хотелось убежать.