Книга Тайная красота, страница 195 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Вот. Наши новости я доложила, расскажи нам с отцом, почему ты здесь.

Лия набрала побольше воздуха и выложила все как есть. Родители были в шоке, и ей хотелось зарыдать.

— Простите меня.

Это было все, что она смогла сказать.

После долгого молчания миссис Томпсон заговорила:

— Ты уверена, что не ошибаешься? Энтони – такой порядочный и добрый. Он так хорошо к тебе относился.

Лие хотелось заткнуть уши. Мать права, но слушать ее было невыносимо.

— Я долго была несчастной, мама. А Бретт, ну… – Лия сжала перед собой руки. – Я его люблю.

— Он уже раз тебя подводил, Лия. Может и опять бросить. У молодого человека нет чувства ответственности. Витает в облаках, как и тетушка.

— Нет, мама, не подведет. Он изменился, вырос. Он больше не мальчишка. Мужчина.

— А я еще много лет назад как взглянула на того молодого человека, так и решила – жди беды, – сообщила миссис Томпсон. – Так где вы оба собираетесь жить?

— Бретт спросит Роуз, не приютит ли она меня в большом доме, пока мы с Бреттом не полетим в сентябре в Париж.

— Париж, значит. А чем ты будешь заниматься там, пока Бретт будет рисовать картины?

— Мне предложили работу в двух домах моделей.

У миссис Томпсон заблестели глаза.

— Да? А кто мне много лет назад заявил, что больше в жизни не ступит на подиум?

— Я пока не решила, – ответила Лия, раздраженная, что мать ее подловила. – Я и так сделала глупость, что последние годы ничем не занималась…

— А тебе не кажется, что после Энтони жить со студентом покажется трудновато? В конце концов, Бретт будет студентом. И работать будет день и ночь. Сколько времени у него останется на тебя?

— Достаточно. Я люблю его, мама, и сделала свой выбор. Мне в любом случае нужна собственная жизнь, независимая от мужчины. Вот что пошло не так со мной и Энтони. – Лия повернулась к отцу, который молча сидел в кресле. – Что ты об этом думаешь, папа? – в отчаянии обратилась к нему Лия.

Он взглянул на нее и пожал плечами.

— Главное во всем этом то, что наша Лия счастлива. Ты ведь счастлива, милая?

— Еще как, – ответила Лия, глядя ему в глаза. – Очень.

Вечером, перед тем как Роуз, Миранда и Хлоя улетали в Америку, Лия и Бретт составили им компанию на кухне за шумным ужином.

— Предлагаю тост за Роуз Деланси, которая, несомненно, покорит Америку. За Роуз!

Бретт поднял бокал.

— За Роуз! – хором откликнулись Миранда, Хлоя и Лия.

— Спасибо за честь, дорогой Бретт. А теперь за вас с Лией и вашу совместную жизнь в Париже. Надеюсь, когда-нибудь меня вкатят на инвалидной коляске в галерею Тейт, чтобы изучить твои картины. Смотри только меня не переплюнь, не стань знаменитее, не то я тебе задам! За вас! – засмеялась Роуз.

Лия встала.

— А я хочу поблагодарить всех вас за то, что так радушно меня приняли. Я вам очень благодарна.

Лия посмотрела на Миранду, которая смущенно улыбнулась в ответ.

— Так. Что вы скажете, если мы все вместе помоем посуду? – предложила Роуз.

— Нет, мама, – покачала головой Миранда, – ты иди в гостиную. Я знаю, что тебе нужно переговорить с Бреттом. А тут мы с Лией справимся, да?

Лия кивнула.

— Ты моешь, я вытираю.

— Я тебе помогу, тетя Лия.

— Ну конечно, Хлоя.

Лия внимательно присмотрелась к темной головке, склонившейся над мойкой, и решила, что цвет Миранде очень даже идет. Она стала гораздо интереснее, тоньше и глубже. Лия почувствовала в ней печаль и поняла, почему Бретту было так легко с ней ладить. Миранда не проявляла к Лие ничего, кроме доброты, хотя у них и не было возможности поговорить.