Книга Атлас. История Па Солта, страница 162 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Превосходно, сэр, – осклабился ювелир. – Поскольку оправа выйдет довольно большой, то, наверное, стоит подобрать второй камень для этих точек? Может быть, сапфир?

Я немного подумал, прекрасно понимая, что ювелир старается заработать побольше денег, но вместе с тем желая, чтобы кольцо было совершенно уникальным.

— Есть камень, который символизирует надежду? – спросил я.

— О да, сэр, – кивнул ювелир. – Это изумруд. Он традиционно связан с романтическими отношениями, возрождением… и плодородием, – добавил он, выразительно изогнув бровь.

— Это будет идеально! – Я хлопнул в ладоши.

На изготовление кольца ушло семь месяцев, но когда курьер наконец доставил его в книжный магазин, а я распаковал шкатулку и заглянул внутрь, то лишился дара речи.

В тот вечер я отвел Элле на ужин в Альберт-Билдинг в лондонском Сити. Она надела сине-зеленое платье, которое каким-то образом делало ее голубые глаза еще ярче обычного. Пока мы сидели за бутылкой «Côtes du Rhône» при свечах, я рассказывал ей о будущем, которое планировал для нас на берегу Женевского озера. Обстановка ресторана как будто растворилась, и я проводил вечер, окутанный аурой моей возлюбленной.

— Думаю, наступает наше время, Элле. Мы наконец можем оставить прошлое за спиной.

Она улыбнулась той самой улыбкой, которая сразила меня наповал в Париже, когда я был мальчишкой.

— Ты правда веришь в это, Бо? Я почти боюсь мечтать об этом.

Я взял ее за руку.

— Конец нашей сказки будет счастливым. – Я аккуратно опустился на колено и сунул свободную руку в карман пиджака. Потом глубоко вздохнул и посмотрел в ее сияющие глаза. – Элле Лепэн, нам суждено быть вместе. Прошу тебя принять это кольцо как символ всего, что ты значишь для меня.

Я достал шкатулку и открыл ее. Элле ахнула и прикрыла рот руками.

— Ох, Бо…

Я осторожно надел кольцо на ее левый безымянный палец.

— Не знаю, что и сказать, – пробормотала она. – Я никогда не видела ничего подобного. Какая красота!

— Семь изумрудов – это мои Семь Сестер, мои путеводные огни, которые привели меня к тебе… к алмазу в центре Вселенной.

После свадьбы Луизы и Руперта Флора, как и было обещано, передала им право собственности на «Артур Морстон Букс». К счастью, супруги предложили нам с Элле остаться в качестве управляющих магазином. Они были довольны нашими успехами в книжном бизнесе и вовсю занялись реконструкцией домашней фермы. Кроме того, роль Руперта в британской разведслужбе явно стала более значительной. Хотя он страстно увлекался литературой, долг перед страной был для него первостепенной задачей.

Тихим январским утром 1947 года я закинул ноги на письменный стол и раскрыл «Финансовые новости». Поскольку мне вскоре предстояло стать владельцем крупного капитала, я старался быть в курсе событий на финансовых рынках, даже если многие из них оставались непонятными для меня. В газете содержался обзор за 1946 год. Одним из главных событий было создание Всемирного банка, группы из пяти международных организаций с целью предоставления восстановительных займов для нуждающихся стран. В первый же месяц Всемирный банк одобрил выделение 250 миллионов долларов на послевоенную реконструкцию Франции. Я вытаращил глаза, когда прочитал предпоследний абзац статьи.

«Юджин Мейер, первый президент организации, известен большинству из нас как издатель газеты «Вашингтон пост» в США. Мистер Мейер тратит миллионы долларов из собственных денег для содержания убыточной газеты с целью улучшения ее качества в духе независимой журналистики. Можно предполагать, что мистер Мейер был идеальным кандидатом на роль президента Всемирного банка. Он происходит из семьи филантропов. Его сестра, Флоренс Мейер Блюменталь, известна своей благотворительной франко-американской организацией Фонд Блюменталя, которая до сих пор награждает молодых творческих людей премией Блюменталя».