Книга Женатанкистка, страница 43 – Евгения Потапова

— Привет, Натка. Как жизнь молодая? — спросил мужчина.

— Привет. Хорошо, вот к маме приехала, сижу рисую Шарика, — ответила она.

— Просто замечательно. Я со смены только приехал, давай я пару часов посплю, а потом с тобой встретимся, прогуляемся. У нас тут отреставрировали музей казачества. Не была ещё там?

— Хорошо, — согласилась Ната.

— Можем по нашим местам прогуляться, — сказал он.

— Я с крыши веранды детского садика спрыгивать не буду, и к деду Егору за вишней не полезу, — ответила она со смехом.

— Договорились, — рассмеялся он, — Я тебе вишни могу так принести, в кулёчке, правда, замороженной.

— Нет-нет, спасибо, у мамки полная морозилка ягоды на любой вкус, — помотала она головой.

— Как скажешь. Тогда я после двух за тобой зайду? — спросил он.

— Заходи, — кивнула она.

Они попрощались, и Ната положила телефон рядом с собой на крылечке. Тут же из-за двери показалось мамино любопытное лицо.

— Мишка звонил?

— Ага, — кивнула Наташа.

— Чего хотел?

— Прогуляться, — Ната пожала плечами.

— Вот прямо и прогуляться? — посмотрела на неё мама хитро.

— Это не свидание, — отрезала она, — Я Игорю изменять не собираюсь. Все шуры-муры после развода, а пока я мужняя жена.

— Так я тебя ни на что не подбиваю. Ты взрослая, сама знаешь, что для тебя лучше, — хмыкнула мама и закрыла за собой дверь.

Наташа старалась отогнать от себя мысли всякого лямурного характера. «Мишка просто друг детства», твердила она себе. Однако где-то в животе всё предательски сжималось.

— Глупость какая, я даже его не видела, может, он страшный, — сказала она вслух, собрала все свои карандаши и вернулась в дом.

У неё так и не получилось дорисовать собаку. Она зашла к маме в кухню.

— Мама, чего может помочь? Обед сготовить или ещё что-то? — спросила она.

— Нет, ничего не надо. Сейчас вот мы с тобой в обед борща навернем. Вчера варила, он постоит, ещё вкусней становится на следующий день.

— Я тогда у себя в комнате буду, — сказала Наташа.

В доме было четыре комнаты: зал, родительская спальня, её комната и комната братьев. Когда приезжали племянники, то они размещались в спальне мальчишек. В её комнате редко кто ночевал, так что практически все вещи лежали на своих местах ещё со времён детства.

В этот раз она решила разобрать шкафы, стол и полки. Наташа начала с шифоньера. Выгребла все свои старые маечки и кофточки, стала примерять. К ней заглянула мама.

— Ой, Наташка, эта та самая майка с Микки Маусом. Ты помнишь, мы из-за неё подрались с Ивановой в нашем магазине? — рассмеялась женщина, — Их привезли всего пять штук, я как раз за рисом зашла. Смотрю, наши бабы тряпками трясут и разглядывают, а я не глядя хвать её, думаю, дома посмотрю. Хоть в город за тряпьём не ехать. Иваниха тоже её схватила и тянет на себя. Люська, продавщица, орёт: «Идиётки, фирму порвёте, платить будете обе». Иваниха меня толкает, а я её. Потом как дам ей в лоб, и бежать. Она там упала, ляжки жирные задрала и орёт: «Убивають». Бегу и думаю, ну ей-Богу, как наша черепашка из зелёного уголка, когда её на спину положили.

Наташа и мама принялись хохотать.

— Я потом к Люське домой бегала, деньги за майку отдавала. Весь вечер на измене сидела, ждала, когда участковый придёт и меня арестует.

— Мама, она до сих пор мне большая, — смеялась Наташка, крутясь в майке перед зеркалом.