Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 40 – Анна Яровая

— Это не подарок.

— А что?

— Платок. Ты свой тонкий взяла.

Спорить с ним невозможно. Степан разворачивает шаль и сам кладёт мне на плечи. Его пальцы на мгновение касаются шеи.

Становится жарко, несмотря на холодный ветер.

Возле сцены гармонист играет быструю плясовую. Женщины хлопают в ладоши, дети кружатся вокруг родителей. Рыжий мальчишка в огромной шапке пытается танцевать вприсядку, теряет равновесие и садится прямо в корзину с капустой.

Я начинаю смеяться.

Сначала тихо, потом уже не могу остановиться. Мальчик выбирается из корзины, кланяется зрителям и снова пускается в пляс.

Смеюсь до слёз. Когда поднимаю глаза, Степан смотрит на меня.

Не улыбается. Просто смотрит так внимательно, что смех постепенно стихает.

— Что?

— Ничего.

— Я выгляжу глупо?

— Хорошо выглядишь.

От его голоса внутри становится тепло.

Мы покупаем горячие пирожки и чай. Возле палатки ко мне подходит мужчина в расстёгнутой куртке. Лицо красное, движения нетвёрдые.

— Девушка, а давайте я вас медовухой угощу.

— Благодарю, не нужно.

— Чего так строго? Я же познакомиться хочу.

Он наклоняется ближе. От него резко пахнет алкоголем.

— Я не знакомлюсь.

— А если хорошо попросить?

Мужчина тянется к краю моей шали, но его запястье перехватывает Степан.

— Она сказала нет.

Голос спокойный, почти тихий. Незнакомец пытается выдернуть руку.

— Ты кто такой?

— Тот, кто повторять не будет.

Степан отпускает его, но остаётся, между нами. Он не повышает голоса и не угрожает. Просто смотрит. Этого хватает.

Мужчина бормочет что-то о невоспитанных людях и исчезает в толпе.

— Я сама могла справиться, — говорю по привычке.

— Знаю.

— Тогда зачем вмешались?

— Он тебя не услышал.

— А вас услышал.

Степан пожимает плечом.

— Иногда полезно говорить на понятном человеку языке.

К вечеру холодает. Я стараюсь не показывать, что замёрзла, но Степан замечает, как я прячу руки под шаль.

Он снимает пальто.

— Надень.

— Не нужно. Вы сами замёрзнете.

— Дарья.

— Степан.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Он молча набрасывает пальто мне на плечи. Оно огромное, тёплое, пахнет древесиной и немного дымом.

— Властный вы человек.

— Замёрзла?

— Уже нет.

— Значит, правильно сделал.

На обратной дороге солнце опускается к горизонту. Возле старого моста Степан неожиданно сворачивает к реке.

— Что случилось?

— Ничего.

Он останавливает машину на высоком берегу.

Вода кажется медной. Над дальними полями горит небо, облака окрашены в оранжевый и розовый. Вокруг тихо, только шуршит сухая трава.

Мы выходим из машины.

— Красиво, — говорю я.

— Поэтому остановился.

Степан становится рядом. Пальто всё ещё на мне, рукава закрывают пальцы.

— Спасибо за сегодняшний день.

— Понравилось?

— Очень.

— Значит, поедем ещё.

Я поворачиваюсь к нему.

— Это было свидание?

Степан смотрит на закат.

— Не знаю.

— Вы всегда такой смелый?

— Обычно смелее.

Я улыбаюсь.

— Тогда почему сейчас боитесь ответить?

Он делает шаг ко мне.

— Потому что ты ещё не готова.

— А если готова?

Взгляд Степана опускается к моим губам.

Он медленно поднимает руку, касается выбившейся пряди и убирает её мне за ухо. Большая ладонь остаётся на щеке.

Я должна отступить.

Вспомнить Игоря, развод и всё, что ещё не закончилось.

Дыхание Степана касается моего лица. Между нами остаётся одно короткое движение.