Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 54 – Анна Яровая

Я перестаю дышать.

В его разбитых, окровавленных костяшках зажата маленькая бархатная коробочка.

Я смотрю на коробочку и не верю своим глазам.

Вокруг пахнет дымом, мокрой землёй и остывающей кашей. У Степана разбита губа, куртка перепачкана грязью, на скуле наливается синяк. Он стоит передо мной на одном колене и держит кольцо так бережно, словно всё произошедшее не имеет никакого значения.

— Дарья, — произносит он хрипло. — Я хотел сделать это по-другому. Без драки, крови и этого ненормального.

У меня вырывается нервный смешок, тут же превращающийся во всхлип.

— Красиво получилось.

— Умею выбирать момент.

Степан улыбается, морщится от боли и снова становится серьёзным.

— Я не обещаю, что с моей стороны всё всегда будет правильно. Иногда я молчу, когда надо говорить. Иногда лезу напролом. Но я точно знаю одно: я хочу просыпаться рядом с тобой. Хочу возвращаться к тебе. Хочу, чтобы мы спорили из-за ерунды, мирились и старели. Дарья, ты выйдешь за меня?

Слёзы застилают глаза. Я киваю, но Степан продолжает ждать.

— Скажи вслух, — просит он.

— Да.

— Не слышу.

— Да! — смеюсь я сквозь слёзы.

Он надевает кольцо мне на палец. Оно приходится впору. Я любуюсь тонким золотым ободком и маленьким камнем, который ловит отблески затухающего костра.

— Ты заранее размер узнал?

— У твоей мамы.

Я бросаюсь ему на шею. Степан со стоном обнимает меня.

— Осторожнее, невеста. Я сегодня немного побитый.

Я смеюсь и плачу одновременно. Степан прижимается лбом к моему лбу, и всё наконец становится настоящим. Кольцо на пальце, его руки на моей талии, тихий плеск реки и одно короткое слово, которое меняет нашу жизнь.

Да.

Мама встречает нас на крыльце. Сначала замечает разбитое лицо Степана и хватается за сердце.

— Господи, что произошло?

— Потом расскажем, — отвечаю я и поднимаю левую руку.

Она замирает. Переводит взгляд на кольцо, потом на Степана и вдруг закрывает рот ладонями.

— Согласилась?

— А куда она денется? — говорит Степан.

— Я тебе сейчас дам «куда денется»! - мама шлёпает его полотенцем по плечу, тут же вспоминает про ушиб и начинает причитать.

Через минуту мы уже сидим на кухне. Она обрабатывает Степану ссадины, ругает Игоря и одновременно рассматривает моё кольцо.

— Хорошее, — заключает она. — Не кричащее. Со вкусом.

— Сам выбирал, — с гордостью сообщает Степан.

К утру о помолвке знает вся деревня.

Первой приходит тётя Зина за солью, хотя у неё самой в кладовке лежит мешок. Потом заглядывает Валентина Павловна, якобы спросить, не нужен ли нам домашний творог. К обеду меня останавливают у магазина и требуют показать руку. Женщины рассматривают кольцо, поздравляют, обнимают и тут же начинают спорить, где лучше праздновать свадьбу.

— Только не в районном кафе, — заявляет тётя Зина. — Там салаты старые.

— Нормальные там салаты, — возмущается продавщица. — У меня племянница там юбилей отмечала.

— Потому и отравилась.

Я сбегаю прежде, чем они переходят к обсуждению платья и количества детей, не зная, что родить я не могу.

В школе меня встречают не менее шумно. Едва я вхожу в учительскую, как коллеги окружают меня.

— Показывай!

— Когда свадьба?

— Где предложение сделал?

— На колено вставал?

Я смотрю на сияющие лица и решаю опустить подробности о монтировке. Говорю только про реку, костёр и бархатную коробочку.