Книга Наследие роз, страница 137 – Таисия Роуз

Прикрыв глаза, пыталась не сталкиваться с ним лицом к лицу. Не получалось. Он говорил множество ласковых слов, в большинстве случаев хаотичных, совершенно не связных. Мне их хватало, чтобы сквозь всепоглощающее чувство глянуть ему в душу. Я слышала, как громко и слабо отбивало мое сердце; ощущала невероятную печаль, по чуть-чуть охватывающую меня. Казалось, почти вся положительная энергия, заточенная во мне, иссякла. Казалось, органы вот-вот разорвутся. Кристиан потерял контроль, и теперь я понимала, почему он отмахивался от моей помощи.

Поцелуи перенеслись на ключицы, шею. Он все время поглядывал на меня исподлобья. Я пыталась его оттолкнуть, но сильно ослабела, практически не была способна пошевелиться. У моей смерти оказались невероятно красивые глаза.

— Больше… Не м-могу… – смогла из себя выдавить, перед тем как окончательно потеряла связь с реальностью.

Да, я просто устала. Невероятно. Просто недели недосыпа давали о себе знать. Я точно просто устала. Мне нужно срочно прикрыть глаза… Совсем ненадолго.

Совсем чуть-чуть.

* * *

Знакомое поле и посвистывающий ветер. Когда бы я ни заснула, он всегда меня ожидал здесь. В этот раз все казалось каким-то другим. Ноги не кололи шипы, а ветер был теплым, будто наступило долгожданное лето. Даже он, Александр, выглядел по-иному. Драгомир не улыбался мне и не показывал превосходство. Наоборот, выглядел до невозможности растерянным и поникшим.

– Не убьешь меня?

– Мертвого нельзя убить дважды.

Ветер разбушевался, растрепывая мои волосы в разные стороны. Я не понимала, что он имел в виду, но страх в душе образовался. Александр не приближался, сторонился меня. Отчего становилось еще более жутко. Это место он сотворил для наших встреч: новая вселенная только для двоих. Мои истинные чувства тут были искажены. О чем бы я ни думала, все утыкалось в него. И больше всего в нашем мире меня пугало то, что он меня отвергнет.

– Но ты ведь для этого здесь и находишься… Чтобы убить меня, – слегка поежилась, когда его пальцы легли на мою талию.

– Слишком рано, Тереса. И времени невыносимо мало. Ты умираешь по-настоящему.

– Но почему ты так хочешь моей смерти? Почему не хочешь, чтобы я стала Обреченной?

– Я никому не желал смерти, – его взгляд, полный заботы, устремился в меня.

– Это они уничтожили нас, – серая радужка вмиг потемнела, затем побагровела, словно облилась кровью. – А несущая свет должна нести свет. Не присуще ей быть обреченной.

Не смея ступить и шага, завороженно наблюдала, как непонятная черная масса скапливалась вокруг него, щупальцами окутывая с головы до пят. И с дуновением ветра она вонзилась в меня, силком дробя грудь на мелкие кусочки, залилась в сосуды.

– Будет немного больно.

Хоть Александр это и сказал, никакой боли не было. Только множество голосов, окруживших меня. Вспомнился лес и та рыжая женщина. Они шептали отовсюду, и я все никак не могла разобрать что именно, а красные глаза, направленные на меня, совсем сбивали с толку. Они манили меня и отталкивали одновременно.

– Не слушай их, Тереса, – произнес Драгомир, нежно проводя пальцами по моим плечам. – Тебе нужно проснуться. Слышишь меня? Нужно проснуться.

Я его понимала, но не знала как. Никак не получалось. Мне всегда помогали голоса извне или нож, пронизывающий сердце. Сейчас же уходить не хотелось. Только шепот отвлекал. Только он… А изнутри все горело, бурлило, переполненное новой энергией.