Онлайн книга «Наследие роз»
|
Маковое поле пылало. Не от солнца, хоть то и норовило наконец окончательно взойти наверх. Оно пылало от бушующих энергий. Я сидела на земле, вцепившись пальцами в потрескавшуюся землю, совсем не зная, в какую сторону бежать. Я смотрела на то, как мир вокруг меня сходит с ума. Я видела, как движения Кристиана становились все резче, как постепенно бледнело его лицо, а тело покрывалось все новыми ранами. Он и сам всячески калечил противника, но заметно отставал. Я пыталась побежать к нему, однако Кристиан все продолжал меня отталкивать, не позволяя помочь. Скользнув дальше взглядом, увидела Рафала, упавшего на алые маки спиной. Увидела его тяжелое дыхание и закрытые глаза. Увидела то, как Поль победно над ним стоял, кажется, намереваясь вернуться к Виктору, который достаточно эффективно избавлялся от светлых, что нападали на него со всех сторон. Почему он так поступил… Почему?! Я не понимала до сих пор, ведь, видя отца в лабиринте, я оставалась точно уверенной, что это совсем не то, чего бы он хотел. Но как, как он посмел просто стоять и бездействовать, когда убивали Войцеха, его близкого друга и компаньона? Как он смел предать собственную дочь… Чуть поодаль разразилась очередная вспышка. Появился мускулистый мужчина, озаряющий желтыми глазами округу; следом за ним – горстка ведьмаков, облаченных в синие плащи. Недолго тешась надеждой на подмогу, вновь тяжело вздохнула, видя, как «незнакомец» свернул шею одной из фей, смеющей к нему подойти. Заручившись кивком Поля, ведьмы сняли капюшоны, и в одной из них, к удивлению, я узнала новоиспеченную жену отца – Иоланту, глядящую на все со скупой улыбкой на розовых губах. Синяя каста незамедлительно разделилась: пятеро побежали в нашу сторону, применяя крайне жестокие проклятия и заговоры на не сдающихся светлых, оставшиеся же, поклонившись тому незнакомому мне светлому, норовили пройти с ним в центр поля, прямиком к Тиане и остальным феям, что старались перенести завесу. Битва бурлила, растекаясь по полю, словно кровавая река. Я видела обезглавленные трупы светлых около своих ног; видела множественные смерчи, пожары и молнии, создаваемые феями; видела и пепел, оставшийся от сгоревших темных. Я должна была помочь. Должна была сражаться, но не знала, кого спасать. Страх парализовал меня. Я просто смотрела, как рушится мой мир, как кровь смешивалась с багрянцем маков. Неожиданно лезвие оставило порез на сухой, грязной щеке. Клинок, не так давно ставший орудием в руках Драгомира, упал около меня, вонзившись острием в землю. Я подняла его. Холодная рукоять, исписанная древними символами, обожгла ладонь. Кровавые глаза, заметно менее яркие из-за встающего солнца, вновь обратились в мою сторону. Безумие… Это все, что я видела во взгляде Александра. Он резко остановился, дрожащими пальцами вынуждая и Кристиана остановиться. Боль, отчаяние, ярость, страх… Все это промелькнуло на его лице, уже не таком идеальном, как раньше. Я поднесла клинок к своей шее. Лезвие коснулось кожи, оставляя тонкую, болезненную полоску. И что есть силы завопила: — Остановитесь! Остановитесь, молю!!! Я убью себя, и все закончится, слышите?! Все стихло. На мгновение. Многочисленные взгляды обратились на меня. На Тересу Ясецкую, сто первую Обреченную, обязанную выпустить свет. Если я умру прежде времени, все жертвы окажутся бессмысленными. Но чаша весов на сей раз была шаткой. Ведь не сделай я этого, не убей себя сейчас, все поле покроется кровью. Кровью тех, кого еще можно спасти. Поэтому багрянец маков смешался с кровью, стекающей по моей шее. Каждый удар сердца отдавался звоном стали о кость. |