Книга Наследие роз, страница 36 – Таисия Роуз

Я покачнулась, еле сумев устоять на скользкой поверхности душевой. Несмотря на то что вновь находилась в реальности, недолго думая, я все-таки обернулась и, не увидев никого за спиной, облегченно выдохнула.

— У меня типа амнезия? – вымученно буркнула, уже вытираясь излюбленным желтым полотенцем.

Тело предательски ныло от боли. Осмотрев себя внимательнее, я не обнаружила серьезных ран, однако ссадин и ушибов было множество. Пожалуй, в последний раз я была в подобном состоянии, когда упала с велосипеда на огромной скорости, – мне тогда было около семи. Отдаленно послышался дверной звонок. Привычно закатив глаза и натянув на себя пижамные принадлежности, я поторопилась открыть.

— Мам, ты опять не взяла ключи? – с претензией спросила я, после удивленно выгнув бровь. Передо мной стояла Александра. Напуганная, с небрежно уложенными в пучок волосами и уставшим лицом.

— Черт возьми, Тей! – Она произнесла это с огромной злостью, в итоге заключая меня в крепкие объятия. – Как же ты меня напугала, идиотки кусок…

Мы зашли внутрь в полном молчании. Я видела по лицу подруги, что у нее накопилось множество вопросов. Ее можно было понять, учитывая, что моя «поездка к родственникам» затянулась на несколько дней, а Лекса – человек с повышенной тревожностью. Как-то раз я проспала первый урок, а она уже решила, что меня сбила машина.

Я быстро сделала нам какао на любимом миндальном молоке и уселась в плетеное кресло. Раньше, когда наши семьи жили за городом, мы частенько собирались так у Александры в гостиной, играли в карты и рассказывали друг другу новые сплетни.

— Ну, что произошло? Где ты была, Тей? – Янтарные глаза, под которыми появились едва заметные мешки, изучающе переметнулись в мою сторону.

Я нервно постукивала по кружке, пытаясь подобрать слова. С одной стороны, хотелось выдать все как есть: про смерть бабушки, неожиданно бредовый, но правдивый «мир» фей, ведьм и вампиров, Роспондов и, конечно же, невыносимо раздражающего Кристиана, с которым нам пришлось оказаться в жутком лесу. Но с другой – прекрасно помнила собственную реакцию, когда Войцех Роспонд ввел меня в курс дела. Мое полное отрицание и непринятие правды, которую от меня скрывали столько лет. И я понимала, что вряд ли Алекса, по собственной натуре реалистка, сможет поверить в нечто подобное. Я честно желала ей выдать все с потрохами, вылить на подругу то, что накопилось на душе, ведь у нас никогда не было секретов, но сейчас, видя ее перед собой, не смогла.

— Бабушка умерла, – тихо произнесла я, рассматривая коричневый напиток в кружке. – Пришлось задержаться… – вспышка воспоминаний из беседки, чувство опустошенности при виде надгробной плиты и страх от черных, словно пропитанных страданиями роз заполонили меня. Голос задрожал, а в носу начало щипать. – Я хотела тебе позвонить или отправить эсэмэску, но связи не было.

На моем бедре оказалась тонкая рука, меньше даже моей собственной.

Александра подсела ближе и, видимо, не зная, что сказать, решила поддержать подобным образом.

— Я хотела на тебя наорать, но не стану, учитывая все обстоятельства. – Она посмотрела на меня и облегченно выдохнула: – Тебе так повезло, что после падения осталась лишь пара царапин.

Я кивнула, и ко мне неожиданно пришло осознание того, что я ничего не говорила про падение.