Книга Наследие роз, страница 76 – Таисия Роуз

— Ну тогда спокойной ночи или, лучше сказать, спокойного утра? – игнорируя мою реплику, спросил Роспонд.

«Он явно хочет от меня избавиться», – подумалось мне.

Препятствовать я этому никак не стала и кротко кивнула, параллельно пытаясь сориентироваться и понять, в какую сторону мне надо идти, чтобы дойти до дома. Решая разобраться по ходу дела, побрела куда-то вправо, поняв, что прощаний ожидать не стоило.

— И правда, никогда больше не проси светлых питаться твоей энергией – могут воспринять совсем не так, – вместе с порывами осеннего ветра донеслось до меня.

На следующий день, прямо перед долгожданным отъездом домой, я узнала от Рафа, что предлагать собственную энергию равносильно признанию в любви. В тот момент я поняла, что, как и всегда, облажалась.

1998 год. Польша. Варшава

Множество людей, именуемых офисными работниками, то и дело куда-то торопились, нагоняя лишнюю суету в громоздкой сорокаэтажной высотке. Привычно ненавистные каблуки, обутые для поддержания статуса, ужасно натирали и без того больные ноги. С возрастом любое неудобство нагоняло некую нервозность, отчего уйти на покой и забыть про все обязанности хотелось еще сильнее обычного. Скорее всего, я бы давно так и сделала, если бы не глупая клятва, данная мною по юности. А как все знают – клясться в чем-то энергетическому вампиру ни в коем случае нельзя.

— Э-э… Пани Грант, вы же точно выполните свое обещание? – пролепетала девчонка, которая, собственно, и заставила меня выйти из комфортной квартиры в такую рань.

Я на нее строго посмотрела, думая о том, не имеет ли темноволосая способностей к чтению мыслей. Ее звали Иренка Ясецкая. Девушка лет шестнадцати, которой искренне повезло выиграть в генетическую лотерею: длиннющие блестящие черные волосы; овальное бледное лицо, огромные голубые глаза, пухлые розовые губы и тонкий изящный нос. И это все при учете ног до потолка. Вот только внешность девчонке не помогла избавиться от кучи долгов, которые награбастала ее многодетная семья.

— Не переживайте, – уже привычно затараторила я, параллельно нажимая число «сорок» на лифтовой панели. – Все, что от вас требуется, – проработать у нас три месяца. Как я и говорила, работа будет достаточно специфической, поэтому вы имеете право уйти в любой момент, но при этом не получите ничего. Если же успешно отработаете срок – мы исполним любое ваше желание, в пределах разумного, конечно.

— А что тогда – неразумно? – удивленно спросила Иренка.

Ну, конечно, как и любому, кто сюда попал, ей казалось, что просить миллионы, успешную карьеру, большущий дом или даже спутника по жизни – совершенно сказочно и невозможно.

— Воскресить мертвого мы не сможем, – вздохнула я.

Лифт, наконец прибывший на место назначения, открылся, и мы вышли в белый скучный коридор, в самом начале которого располагался небольшой столик регистрации.

— Давненько вас не видела, Элизабет, – произнесла женщина средних лет, с серым, совсем поникшим лицом и угрюмым взглядом. Она восседала на наверняка неудобном пластиковом стуле и, кажется, совсем потеряв ко мне какой-либо интерес, взглянула на Иренку. – Ваши фамилия и имя, пожалуйста.

Такие, как она, – это самые обычные люди, не сумевшие выбраться из так называемой системы энергообмена. Я, впрочем, ничем от нее не отличалась. Эта женщина, скорее всего, подобно мне попала сюда в юном возрасте и, потеряв голову от возможностей, не смогла уйти вовремя. Но и по истечении времени как энергетический сосуд она истощилась. В этом плане моя судьба обернулась более удачно – я стала личным сосудом для одного весьма высокопоставленного светлого, как он любил себя называть. На деле же, Александр Драгомир, о коем и шла речь, сильно отличался от обычных высших.