Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 143 – Алёна Морская

— Вообще, этот вопрос касается моей личности. Но, строго говоря, я его не победила. Лихо всё ещё живо.

— Хотите сказать, что разрушили только часть его оболочек? Оно всё ещё бродит где-то в тех лесах?

Мужчина чуть подался вперёд, а его глаза замерцали в свете вечной свечи. Он затеял игру с вопросами, думая, что его гостья не захочет легко делиться ответами. Но она, похоже, не сильно переживала о том, что Туан спрашивал более одного вопроса за раз.

— Нет, конечно, – отмахнулась Ли-Льен беспечно, а после добавила, не скрывая самодовольства: – Я добила всех, кроме младенца. Его я, стараясь не разбудить, запечатала в артефакте подчинения. Через пару-тройку лет загляну к нему, проверю, покорился он мне или нет.

Хозяин Безлунного зала заинтересованно приподнял брови.

— Артефакт подчинения? Я впервые слышу о таком, – подивился он. А затем перевёл взгляд на лежащую у ног девушки сумку и, скорее утверждая, спросил: – Это вы его создали?

— Само собой.

Ли-Льен открыла сумку, запустила в неё руку и достала поблёскивающий в свете пламени тёплый медальон.

— Хотела изучить это древнее существо, когда успокоится, – пояснила госпожа магистр, протягивая украшение мужчине.

Тот бережно поднёс артефакт к глазам, долго разглядывая его многоуровневую суть.

Собеседница внимательно следила за реакцией лорда. За свою жизнь девушка создала пять невероятных устройств и десяток «обычных». Все они доселе не существовали ни в одном перечне артефактов. На многие из них уходили годы разработок, не говоря уже о времени, потраченном на создание готового магического предмета, так что у госпожи магистра имелся весомый повод для гордости.

Подобные вещицы потому и стоили дорого, что на изготовление даже самого обычного устройства у талантливого артефактора уйдёт неделя, а у середнячка – хорошо если всего месяц. Конечно, если использовать заготовки под часто требующиеся предметы, наподобие ключей или нагревателей для чайников, то не составит труда управиться и за пару часов, но только потому, что подготовка заранее «съела» у мастера неделю работы.

Магов, избравших своей стезёй подобное дело, в мире насчитывалось достаточно много. Хотя лишь небольшое их число можно назвать талантом. А уж тех, кто решился изобретать новое, а не плодить реплики, и вовсе по пальцам пересчитать. Потому такая штучная работа, как подчиняющий нечисть артефакт, одно из «пяти невероятных устройств», могла бы вызвать не меньше шума, чем весть о том, что у инквизиторов появилась женщина-магистр.

— Эта работа по сложности сравнится с устройством арены, – наконец произнёс Туан, возвращая золотой кругляшок девушке. – Лорд Абидус сильно занизил оценку ваших способностей, Лилейн. Однако я надеюсь, что вы не станете рисковать собой, в одиночку проверяя Лихо, погружённое в медальон.

Гостья с улыбкой хмыкнула и взяла с подноса новый бутерброд.

«Какая забота. А при первой встрече подставил кинжал к горлу. Уж если что, Мину позову», – думала она, глядя, как мужчина, откинувшись спиной на диван, вертит в руке нефритовую чашку, рассматривая ту с задумчивым прищуром.

Девушка, вспомнив о сестре, внезапно замерла. Наскоро проглотив закуску, Ли-Льен опять запустила руку в сумку и достала серебряную брошь в виде раскинувшей крылья сороки с чёрным обсидиановым глазом, а вместе с ней серебряное блюдце, затёртое до зеркального блеска. Это была последняя разработка, которой госпожа магистр занималась с момента, как покинула больную сестру. Артефакт был закончен незадолго до того, как младшая получила от антиквара страницы учения, и планировала передать брошь старшей, когда будет проездом посещать родные места. Но теперь, раз учение найдено, в этом нет особой нужды – скоро сёстры и так увидятся.