Книга Попаданка под развод с чудовищем, страница 115 – Дарина Ромм

— Нужно найти трон, – произносит Ардар, крепче прижимая меня к себе. – Трон и выберет короля.

— Пс-с, знать бы еще, где его искать, – цокает языком Седрик. – Аделаидочка, может, ты спросишь у своего колечка, куда твой дедуля спрятал такое ма-а-а-ленькое золотое креслице, умеющее выбирать королей?

«Где с-стояло, там и с-стоит», – раздается ворчание Омхора в ответ на вопрос лиса.

— Где стояло, там и стоит, – повторяю вслух слова змея.

— Да, ладно! Насколько я помню историю, артефакт всегда стоял в главном зале Рихнорра. Но после смерти Байяра Последнего его там не оказалось, и выбирать королей стало некому. И сейчас трона там нет, я проверял, – возмущается Седрик.

«Глупый лис-с», – снова ворчит Омхор, но в этот раз я не озвучиваю его слова.

— Пойдем туда, – Ардар подхватывает меня на руки и решительно несет в непроглядной темноте. Как он что-то видит? Драконье зрение?

«Да, др-раконье зр-рение. Ты тоже скор-ро будешь видеть, женщина моего хозяина», – а это уже другой голос в моей голове, рычащий бас зверя Ардара. Ох, е-мое, я теперь всегда буду слушать эту болтовню? Ладно, с голосами в голове потом разберемся, сейчас нужно с новым правителем вопрос решить.

Главный зал встречает нас темнотой и тишиной. Ардар осторожно ставит меня на ноги, хлопает в ладоши, и помещение озаряется ярким светом.

— Ну, и где? Нет тут никакого трона! – восклицает Седрик, и тут кольцо на моей руке оживает. Начинает мелко вибрировать и слетает с пальца. Звонко ударяется о каменный пол и, прокатившись несколько метров, замирает в центре зала. Яркая вспышка, и в этом месте появляется… трон. Самый настоящий, какие выставляют в музеях: золотистого цвета, с высокой резной спинкой и ажурными подлокотниками.

— Фуллова Прорва, – растерянно повторяет Седрик, а Ардар негромко произносит:

— Значит, все эти десятилетия трон никуда не исчезал из Рихнорра…

В ответ раздается противный визгливый голос:

— Мой! Мой, мой! – и, оттолкнув стоящего на пути Седрика, к трону кидается мелкая фигурка в золотом наряде. Никто не успевает даже шевельнуться, как Пакрисий гигантскими скачками подлетает к золотому креслу и запрыгивает в него.

— Мой трон, мой! Я король, я! – кричит безумным голосом. Усаживается на сиденье, кладет крошечные ручки на подлокотники и с восторгом произносит:

— Я король!

Еще раз повторяет эту же фразу, и в следующий миг золотой трон выплевывает из себя мелкого уродца. Пакрисий вылетает из кресла и, вереща, летит по воздуху прямо на брарча. Песик широко открывает ротик, потом еще шире и еще… и когда пасть становится размером с распахнутый гигантский чемодан, Пакрисий с завываниями влетает прямо в нее. Створки «чемодана» захлопываются, и Хорр делает глотательное движение. Затем сыто рыгает, и наступает тишина.

Все изумленно таращатся на довольного брарча, а тот преданно смотрит на Ардара и виляет своими двумя хвостиками…

И апофеозом произошедшего звучит назидательный голос Седрика:

— А вот нечего было собачку обижать!

Три года спустя. Аделаида эр Драгхар

Я стою на лестничной площадке и, кусая от волнения губы, смотрю на дверь бабушкиной квартиры. Надо поднять руку и позвонить, но я не решаюсь – что там? Живет семья тети Ларисы, или ее продали чужим людям?

Не знаю, чего не хочу больше: чтобы дверь мне открыла сестра мамы, три года назад выгнавшая меня из дома, или совершенно посторонний, чужой человек. Кто-то, кто просто купил квадратные метры в центре, даже не догадываясь, как важно это место для бывших жильцов, для меня.