Книга Мурчи, Альфа!, страница 19 – Евгения Зимина

Он отпускает ткань и переворачивается на другой бок, окончательно занимая подушку.

Телефон показывает половину седьмого и сообщение от Марины Сергеевны.

«За вами заехать?»

Пишу, что не откажусь, затем иду в ванную. Дверь за собой закрываю до упора, несколько раз проверив ручку. После вчерашнего открытия кухни не хочется выяснять, какие ещё бытовые навыки скрывает этот представитель семейства кошачьих.

Когда возвращаюсь, Босс сидит на подоконнике и наблюдает за улицей. Полотенце возле шкафа по-прежнему остаётся нетронутым. Лоток использован аккуратно, ни одной гранулы наполнителя вокруг.

— Хоть что-то ты делаешь без демонстративного превосходства.

Кот оборачивается.

— Сегодня останешься здесь. Мне нужно работать, а ты будешь отдыхать, есть корм и не разрушать чужое имущество.

Я открываю упаковку и выкладываю свежую порцию. Босс подходит, обнюхивает миску и садится рядом, показывая, что проблема замечена, но решать её должен кто-то другой.

— Курицы больше нет.

Он смотрит в сторону двери.

— Валентина Павловна уже проснулась. Если пойдёшь воровать её завтрак, до поиска хозяев не доживёшь.

Кот спрыгивает с подоконника и направляется к выходу. Я успеваю закрыть дверь перед его носом.

— Посидишь один несколько часов.

Босс поднимает голову к ручке.

— Даже не пытайся.

На этот раз запираю замок ключом. Валентина Павловна предусмотрительно оставила его с внутренней стороны, вероятно, хорошо представляя привычки прежних жильцов. Проверив, что дверь не открывается, начинаю переодеваться.

Кот наблюдает за мной недолго. Когда я снимаю футболку, он неожиданно отворачивается и садится спиной, уставившись в окно.

Я замираю с блузкой в руках.

— Какая деликатность, надо же!

Ухо поворачивается в мою сторону, но голову он не поднимает.

— Вчера на приёме ты не стеснялся разодрать мне рукав.

Босс сохраняет выбранное положение до тех пор, пока я не застёгиваю последнюю пуговицу. Только после этого оглядывается и спрыгивает с подоконника.

Внизу гремит посуда. Из кухни доносится голос Валентины Павловны:

— Алла, чай будете?

— Спасибо, спускаюсь!

Я оставляю коту воду, поправляю полотенце и убираю с открытых полок всё, что он способен сбросить. Особенно опасные вещи прячу в шкаф, после чего закрываю дверцу.

— Веди себя прилично.

Босс подходит и ставит лапу на мой ботинок.

— Это не поможет. В клинике животные, лекарства и люди, которые не обязаны терпеть твой характер. К тому же у тебя рана. Тебе нужен покой.

Кот усаживается на ботинок, поджимая лапы под грудью.

— Вернусь вечером.

Я освобождаю обувь, выхожу в коридор и запираю дверь. За ней некоторое время тихо, затем раздаётся царапанье.

— Не драматизируй.

Спускаюсь на кухню, где Валентина Павловна уже расставила на столе чашки, тарелку с бутербродами и банку малинового варенья. Хозяйка осматривает меня поверх очков.

— Кот где?

— Закрыла в комнате.

— Дверь выдержит?

— Почему она должна не выдержать?

Сверху доносится глухой удар.

Мы одновременно смотрим на потолок.

— Он крупный, спрыгнул, наверное, с кровати на пол, — предполагаю я.

Следующий звук больше похож на падение мебели.

Я ставлю чашку и выбегаю из кухни. Валентина Павловна следует за мной, прихватив деревянную скалку.

Возле моей комнаты тихо. Замок остаётся закрытым. Я вставляю ключ, поворачиваю и осторожно приоткрываю дверь.