Книга Мурчи, Альфа!, страница 31 – Евгения Зимина

Приходится вставать и идти на кухню. Там он требует мясо, проверяет миску с водой и занимает стул Валентины Павловны. Хозяйка сначала возмущается, затем начинает ставить для него отдельное блюдце.

— Вы его балуете, — говорю я.

— Он спас нас от Николая.

— Сосед был пьян, а не вооружён.

— Пьяный Николай опаснее вооружённого.

Босс получает кусок индейки.

После завтрака он проверяет входную дверь, окна первого этажа и лестничную площадку. Затем сопровождает меня в комнату и садится возле шкафа, пока я выбираю одежду.

В пятницу я достаю светлое платье, которое собираюсь надеть на ярмарку. Кот рассматривает его, встаёт на задние лапы и тянет ткань вниз.

— Даже не думай.

Он цепляет подол и вытаскивает платье на пол.

— Тебе что не нравится?

Босс садится сверху.

— Оно новое.

Кот начинает умываться.

Я пытаюсь освободить ткань, но он перемещается вместе с ней. После короткой борьбы приходится отложить платье и взять тёмные брюки с блузкой.

Босс одобрительно укладывается на кровати.

— Завтра всё равно надену платье.

В ванной кот не появляется. Даже если дверь остаётся приоткрытой, он садится в коридоре спиной и ждёт. Эту странную деликатность я замечаю каждый день, но объясняю воспитанием прежнего владельца. Возможно, Бессонов не позволял животному заходить в ванную без разрешения. Правда, на все остальные помещения запрет не распространился.

Босс умеет открывать дверцы кухонных шкафов, сдвигать крышку кастрюли и находить продукты в пакетах. Однажды Валентина Павловна обнаруживает его возле холодильника с куском запечённой рыбы. Кот не убегает, а продолжает есть, сохраняя достоинство.

— За рыбу заплатите, — сообщает хозяйка мне.

Вечером в клинике я покупаю ему хороший корм и мясные консервы. На кассе зоомагазина сумма оказывается выше моего недельного запаса на продукты.

— Когда найдётся хозяин, выставлю счёт, — обещаю я.

Босс идёт рядом и не проявляет беспокойства.

Дома он пробует новый корм, съедает половину, затем требует курицу. Я отказываюсь. Кот исчезает на десять минут и возвращается с носком Валентины Павловны, который кладёт в миску.

— Это месть?

Он садится напротив.

— Или оценка качества?

Босс касается лапой края миски.

— Хорошо. Добавлю мясо, но носки мне не таскай.

Кот уходит. Через минуту из комнаты хозяйки раздаётся крик:

— Алла! Ваш разбойник открыл мой комод!

Так начинается наш первый серьёзный разговор о правилах проживания. Я перечисляю запрещённые действия, Босс слушает с подоконника. Валентина Павловна стоит в дверях, скрестив руки, и подтверждает каждый пункт.

— Нельзя воровать еду.

Кот смотрит на улицу.

— Нельзя открывать чужие шкафы.

Ухо поворачивается.

— Нельзя приносить носки в миску.

Он зевает.

— Нельзя занимать всю кровать.

Босс переводит на меня взгляд.

— Особенно этот пункт.

Кот спрыгивает с подоконника, проходит к подушке и укладывается поперёк.

Валентина Павловна скрывает улыбку.

— Он вас не уважает.

Босс закрывает глаза, показывая, что совещание окончено.

Ночью я просыпаюсь у самого края кровати. Серый бок занимает середину, лапы вытянуты в мою сторону, подушка снова поделена не в мою пользу.

Я пытаюсь отодвинуть кота. Он не просыпается, но становится тяжелее, словно специально прижимается к матрасу.

— Властный паразит.

Босс тихо урчит.