Книга Мурчи, Альфа!, страница 9 – Евгения Зимина

— Арсений, нам пора.

Теперь я знаю имя мужчины со шрамом. Он не выглядит довольным тем, что напарник произнёс его вслух.

— Машина? — уточняет Арсений.

— На въезде.

С улицы доносится шум двигателя. Судя по звуку, автомобиль движется медленно, затем останавливается возле клиники.

Я не знаю, кто приехал, но мужчины напрягаются одновременно. Они не боятся полиции, зато появление этой машины явно меняет их планы.

Арсений снова смотрит на меня.

— Если кот вернётся, не пытайтесь его спрятать.

— Хорошо.

— Вы сейчас опять врёте.

— Разумеется. Вы сломали дверь моей клиники.

Он подходит ближе, однако на этот раз не пытается меня коснуться. Голос становится тише:

— Вы не понимаете, кому решили помочь. Этот кот опаснее людей, которых вы встретили сегодня.

— Пока он только расцарапал мне рукав. Вы успели взломать замок и угрожать.

— Он расцарапал рукав, потому что не мог сделать ничего другого.

Слова звучат странно. Я пытаюсь понять их смысл, но Арсений уже отворачивается.

Роман первым выходит во двор. Его напарник задерживается у двери и указывает на ошейник.

— Избавьтесь от него. Не оставляйте дома, не выбрасывайте рядом с клиникой и не отдавайте полиции. Металл лучше утопить в проточной воде.

— Почему вы советуете то же самое, что моя подруга?

На лице Арсения впервые появляется настоящее удивление.

— Ваша подруга знает, что это?

— Не ответила. Я бы предпочла получить объяснение.

— Чем меньше вы понимаете, тем больше у вас шансов вернуться к обычной жизни.

— Моя обычная жизнь закончилась примерно в тот момент, когда вы сломали дверь.

— Нет, Алла Аркадина. Она закончится, если этот кот решит остаться рядом с вами.

Арсений выходит, не дожидаясь ответа. Через несколько секунд двигатель внедорожника оживает. Машина сдаёт назад и скрывается за углом прежде, чем второй автомобиль подъезжает ближе.

Во двор сворачивает старенькая синяя легковушка. За рулём сидит пожилой мужчина, которого я не знаю. Он останавливается возле аптеки, выключает фары и начинает выгружать из багажника картонные коробки.

Никакая полиция не приехала, естественно.

Я закрываю служебную дверь и подпираю её металлическим шкафчиком. Потом нахожу на стойке запасной фонарь и иду проверять пациентов.

Спаниель тяжело дышит, но слизистые остаются розовыми. Я сажусь рядом, глажу его по голове и жду, пока сердцебиение выровняется. Рыжий кот после наркоза смотрит на меня с укором, словно считает нападение очередным недостатком обслуживания.

— Я тоже недовольна, — сообщаю ему. — Можешь написать жалобу главному врачу.

Свет возвращается внезапно. Лампы вспыхивают одна за другой, холодильник с лекарствами начинает гудеть, где-то в кабинете включается принтер.

Телефон, висевший на зарядке, оживает следом. На экране появляется семь пропущенных вызовов от Даши и сообщение:

«Алла, ответь немедленно».

«Алла, ответь немедленно».

— Ты жива? — кричит подруга вместо приветствия, как только я набираю ее номер.

— Странный вопрос, конечно. Эти верзилы ничего мне не сделали.

— Где кот?

— Не знаю. Ты за него беспокоишься или за меня?

— Как это не знаешь?

— Он исчез, когда погас свет. Верзилы обыскали всю клинику, но не нашли его.

— Значит, спрятался. — Даша шумно выдыхает.

— Прекрасное предположение. Осталось выяснить куда.