Книга Истинная для завоевателя дракона, страница 41 – Алиса Князева

— Не хочешь что? — дракон оказывается передо мной, его глаза будто светятся изнутри.

— Вот этого. Всего. Я ничего не помню, — начинаю говорить быстро и сбивчиво. — Что если мы не истинные? И всё это какая-то ошибка? Ты же сам говорил, что мой отец мерзавец и не желает вам ничего хорошего. Не… не надо. Я не хочу… не надо…

— Тише, Лисёнок, — он опускается на колено передо мной и ловит мою руку, медленно притягивая её к губам.

Не услышит. Он не обратит внимания на протесты. Что же делать?

— Не хочу, не могу так…

— Как так, Лисёнок? — усмехается он. — Разве я делал тебе что-то плохое?

Он мягко гладит мою руку. Я скольжу взглядом по его пальцам и сглатываю.

Есть большая разница между тем, когда к тебе пристаёт мужчина и очень красивый мужчина. Какая-то часть моего забытого прошлого подтверждает эту догадку. Мне страшно, неловко, но при этом жуть, как нравится тёплая шершавость его пальцев, когда он исследует мою кисть, мягко гладит запястье и предплечье. Никогда бы не подумала, что такое прикосновение может настолько волновать.

Он тянет мою кисть ближе, и оставляет пульсирующий теплом отпечаток поцелуя. По венам разбегаются маленькие молнии.

— Твой отец и правда мог устроить проблемы всем нам, — тихо говорит Анортан, глядя на меня снизу вверх, а после переворачивая мою руку и целуя уже запястье. — Но есть кое-что, на что он не может повлиять.

— И что же? — едва слышно выдыхаю я.

— Мой дракон. Он чует тебя, Лисёнок.

Сердце стучит громче. Их драконы слепы, так сказал Гриир. Но, раз уж у меня появилась метка, видимо, теперь это чудовище от меня не отцепится.

— Тебе нужно расслабиться, — дракон берёт меня на руки и, не обращая внимания на протесты, перетаскивает к центру кровати.

Я пытаюсь вырваться, но Анортан достаточно легко подминает меня под себя, а после укладывает на живот, вжимая в холодный шёлк простыни.

Замираю, дыша рвано и часто. Его ладонь находит узел платья на моей шее и развязывает его, заставляя вздрогнуть. Пока дракон мягко убирает волосы, я думаю только о том, что будет, если я вскочу прямо сейчас и попробую убежать. Сверкая грудью, само собой, так как платье ничем не закреплено, но…

Почему-то фантазия мгновенно строит грядущую картину. Как я падаю на колени, он набрасывается на сзади и, вжав мою голову в пол, рвёт платье.

Всё смазывается. Замок расплывается перед глазами. Я оглядываюсь, но вместо Анортана вижу совсем другое лицо, одновременно знакомое и незнакомое. По носу ударяет кислый запах дешёвого алкоголя. Откуда? Явно не от Анортана, он такое пить не станет, да и…

А есть ли этот запах вообще?

— Не дёргайся, дрянь, — слышу совсем уж незнакомый голос, будто из-под воды. — Думаешь, можно нос от нормальных пацанов воротить? Щас покажу тебе, как имеют настоящие мужики.

Это… кто это говорит?

Затылок обжигает болью. Я вскрикиваю, но тут же осекаюсь, потому как ощущение пропадает, будто его и не было. Словно оно — всего лишь плохой сон. Ничего не было, всё в порядке. Но тогда почему…

Новая вспышка. Я путаюсь в одежде, а после мои руки прижимают, не позволяя двинуться. Перед глазами знакомо-незнакомое лицо, которое вызывает во мне всего одно желание — бежать.

— Ну что, Олеся? Уже осознала, что ты обычная потаскуха, возомнившая себя хрен пойми кем? Не реви, щас я тебя верну с небес на землю. Ходить не сможешь, дрянь такая.