Книга Заговор Седьмого неба, страница 22 – Дарья Весна

Я выразила мнение, что он очень добр ко мне, и что, наверное, в принципе добр к людям. Её это устроило, и она утопала рассказывать всем встречным-поперечным какую русалку принесло в их замок ‒ моется каждый день. Как бы ни утопила кого в недобрый час.

Тепло воды ещё немного успокоило.

Итак, насильника и маньяка-садиста из Императора всё-таки не получилось. Могло быть и хуже. Перед глазами возникла картинка: его волосы щекочут мне шею и ключицы, и я залилась краской. Я попыталась понять вчерашнее поведение Васила и не смогла. Далось ему кидаться к какой-то девчонке, щемить в нишке, а потом тащить к себе, напиваться, как будто с горя и... ничего.

А может, ему кто-то вчера приворотного зелья в питьё подмешал? Та же герцогиня Велльская сделает и не поморщится. Нужно будет узнать, не планировалось ли на ужине присутствия какой-либо из её дочерей, да не получилось. И есть ли дочери в принципе. Или личный интерес имеет? Тогда она сама меня живьем съест, можно никого больше не бояться.

Или эту игру всё же затеял он сам?

«Горничные надоели», ‒ вернулся противный Голос.

Я кинулась в него остатками мысленно сожжённого розового платья, и он, нанюхавшись пепла и закашлявшись, снова сбежал.

А если он и, правда, с придворными магами так? Хотя выглядит предположение диковато.

«Точно! Он не напивался, он твой приезд праздновал», – ехидный Голос высунулся из-под невесть как возродившегося платья.

Видать не зря этот глубокий розовый цвет василийские модницы «новорождённый феникс» называют.

Тьфу! А вдруг глубокий подвал всё же есть? И Васил тут над магами какие тёмные ритуалы проводит? Чернокнижник у нас Император что ль? Нужно поискать подробную информацию, что к чему с этими чернокнижниками проклятыми. Пьют же вампиры кровь, почему бы чернокнижникам не пить жизненную силу, магию отнимать или ещё чего.

Но тогда... тогда с сегодняшнего дня на меня все кому не лень будут пялиться с понимающими улыбочками. Хотя... канцлер сказал, что никто ничего кроме него не знает. И зачем он пришёл разборки устраивать, как будто недоволен? И не кинулся ли Виктор Смелье, когда я ушла, к Васеньке со словами: «Ты опять?!!» или даже «Ты опять, скотина такая?»

Канцлер как раз того возраста, который позволяет ему проявлять с Императором чуть ли не отцовский авторитет, пусть Васил уже и сам не маленький. Это тем более вероятно по той причине, что хотя отец Императора скопытился не так давно, но вести порочный образ жизни начал, когда Васил ещё не родился. Может он и был Богом, как рассказывала Тана, но в народе иначе как козлиной мордой Васила VI не называют. Кто бы ещё брошенного на произвол судьбы ребёнка воспитывал кроме канцлера?

Вот она моя управа на Императора Василикии и Карпатии! Я почти развеселилась.

И только когда уже окончательно отогрелась от рук Императора, поняла, что канцлер пропустил самую важную часть любого извинения ‒ фразу: «Этого никогда больше не повторится».

Рассчитал он всё!

Уехал с утра на охоту ещё до того, как замок проснулся. И по дороге попалась лишь старушка Тана, предрёкшая удачный день благодаря какому-то сну. Ах, если бы! Всё-таки она у него пусть и не самая сильная, но ясновидящая.

Анис, напросившийся с ним, всю дорогу пытался разговорить своего повелителя, но ничего не добился. Весь день они блуждали по лесам. Васил не обращал внимания на Аниса и тот притих. Сообразил, будто что-то не так.