Книга Уговор света и тьмы, страница 156 – Дарья Весна

— Больно? Что-то не так? Нужно попросить Тану посмотреть, — нахмурился он и приложил ладонь к низу моего живота. — Ничего не понимаю, — через пару секунд пожаловался он. — Я могу только лёгкие повреждения залечивать, но как разобраться что здесь не так?

Я хотела сказать, что понимаю не больше его пока. Но крепкая ладонь согрела кожу, а лёгкое давление словно успокоило ту часть меня, которая решила дёрнуться и поныть. Может, просто внимания захотела?!!

На этом увлекательном моменте в дверь деликатно постучали.

Я моментально покраснела. Но Васила ничего не смутило, он посчитал, что мы достаточно прикрыты простынёй и разрешил войти.

В дверь с непроницаемыми лицами вошли Тана и ещё какая-то незнакомая тётушка. Наверное, горничная императорских покоев. В руках горничная держала стопочку постельного белья, полотенца и, кажется, новенькую зубную щётку. Увидев изменения в интерьере, она забыла, зачем сюда пришла и принялась, открыв рот, разглядывать живописный потолок.

У Таны был массивный серебряный поднос, на котором стояли две чашки с ароматным чаем. Но вместо завтрака на тарелочке лежала всего лишь странная ватрушка. Да, она была большая, вся витая и с кусочками фруктов, но всего одна.

— Уллик нужно скушать! — категоричным тоном заявила нам экономка.

— Лучше позже, мы немного… не одеты, — увидев моё смущение, усмехнулся Васил.

— Я тебя в детстве купала! — не сдавалась старушка.

Я не выдержала и заулыбалась.

Васил поджал губы, а потом отломил от странной плюшки-ватрушки изрядный кусь и умудрился запихнуть мне в рот, пока я «зевала». Я обиженно заморгала, но начала жевать. Вкусно! Сухофрукты в выпечке были самые свежие и дорогие. Но на мужское своевольство обиделась. Поэтому тоже ухватила ватрушку и попыталась скормить Василу. Тот со смехом откусил кусочек, а потом отнял у меня уллик и снова заставил откусить меня. Вот так мы и слопали замысловатое подношение.

А потом Васил ухватил с серебряного подноса чашку и дал мне выпить. Чай оказался каким-то странновато кисленьким. Кажется, он на какой-то северной ягоде. Ни разу такой не пробовала.

До меня наконец-то дошло, что завтрак у нас какой-то подозрительный. И горничная перестала глазеть на потолок, зато заворожённо уставилась, как мы с Его Императорским Величеством балуемся с едой.

— Теперь ты, деточка, — подтолкнула меня Тана, показывая на вторую кружку.

Я поняла, что меня развели на участие в каком-то странном обряде. Под видом завтрака. Но деваться уже было некуда — Император, приподняв бровь, исподлобья смотрел на меня и выжидал.

Я послушно взяла чашку с подноса, но весёлое настроение пропало. Я напряглась и чашку к губам Васила подносила предельно осторожно, но руки почему-то тряслись, хотя держала я её обеими руками, попутно стараясь не дать свалиться простыне.

Император, порой насмешливо поглядывая на меня из-за чашки, послушно выпил всё до капли.

— Вот и молодцы, детки! Хорошая у вас семья будет, — растрогано глядя на нас, объявила Тана.

— Да, точно! — ухмыльнулся её сообщник. — Кстати, Её Высочеству теперь нужна будет личная горничная.

Я благоразумно промолчала, хотя что делать с горничной не представляла. У нас всё-таки в семье командует муж. И я сама на это подписалась, когда захотела утешить Васеньку. Наладила отношения, понимаешь.