Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 145 – Ри Даль

Тельмиры в шатре не было. Куда она делась — я узнала много позже.

— Урхен, — голос у Хальдрима прозвучал без капли усталости. — Сдавайся. Положи меч на землю. Я тебя возьму живым. И буду судить.

— Так я тебе и поверил, — отозвался Урхен, ещё крепче сжимая меч. — Ты что, меня за дурака держишь? Нет, Хальдрим, и не надейся. Урхен Свирстейн не сдаётся.

— У тебя нет выхода. Если не сдашься, живым ты отсюда не выйдешь.

— Значит, будем биться, верно? Один на один. Согласен?

Я смотрела на Брегарда. Брегард смотрел на Хальдрима. И в эту секунду я поняла: Брегард не собирается сдаваться. Он сделал свой выбор ещё вчера. Он сделал свой выбор тогда, когда увёл своих людей. Теперь сделанного назад не возвращалось.

Хальдрим сделал шаг вперёд, и Брегард немедленно заслонил ему дорогу.

— Брегард, — сказал Хальдрим тихо. — Брат. Отойди.

— Нет, — ответил Брегард. — Сначала тебе придётся убить меня, если хочешь добраться до Урхена.

— Да что с тобой?! Положи секиру! Я обещаю!..

— Поздно. Я с тобой никогда не дрался — но сегодня придётся.

И он шагнул вперёд.

Хальдрим — тоже.

И, до того как я успела даже просто осознать, что вижу, уже звенела сталь.

Драка Хальдрима с Брегардом не была похожа ни на одну драку, какую я в этот день видела. И не потому, что они были лучшими бойцами в Тундгарде, — а потому, что они оба знали друг друга так, как знают только братья, и каждый из них предугадывал движение другого за долю секунды.

— Брегард, одумайся! Я не хочу убивать брата!

— Ты никогда меня за брата не признавал!

— Это неправда!

— Правда! Ты меня не послушал!

Удары неслись один за другим, без передышки. Я и сама едва не попала под горячую руку.

Внезапно Брегард рубанул наискось — и Хальдрим, едва успев отвести лезвие в сторону, шагнул назад и опёрся о шкуру. Хальдрим со всего маху ударил брата ногой в живот, отчего Брегард согнулся пополам и попятился назад.

— Брегард, сдавайся! — рявкнул конунг.

Однако Брегарда уже было не остановить. И в следующее мгновение он с яростным криком кинулся на Хальдрима. Тот резко выставил клинок, и в его удар вошла вся ярость, и весь страх, и вся любовь к младшему брату, и всё его непрощённое детство, и весь его пройденный накануне путь.

Брегард пошатнулся. На его лбу проступило удивление. Коление его подломились.

— Брат… — выдохнул Брегард, и в горле у него что-то заклокотало. — Брат… прости… я…

Хальдрим успел поймать его. Поддержать. Опустить на пол. И на одно мгновение я увидела на лице у Хальдрима всё, чего ему стоила эта секунда.

— Брегард... — выдохнул конунг потрясённо, ещё не веря, что всё это действительно случилось. — Брат...

— Прости… Меня... — из последних сил пробормотал Брегард. — Я иду к Верховному... Я иду... к отцу...

Глаза у Брегарда закатились. И его не стало.

Хальдрим даже не успел ничего сказать, ничего сделать, когда внезапно раздался отчаянный вопль:

— Не тронь! Не тронь! — заорала Рагнильда.

И мы синхронно повернулись на звук. Оказалось, чтто, пока Хальдрим и Брегард были заняты своим поединком, Урхен не стал ждать окончания боя, а воспользовался ситуацией и подлетел к Рагнильде. Когда мы увидели их, он выхватил мальчика из рук матери. Разгнильда истошно визжала и попыталась отобрать ребёнка.

— Отдай! Отдай! Молю тебя!