Книга Развод в 40! Новая жизнь бывшей жены дракона, страница 71 – Зена Тирс

И накрыл меня сверху собой в нетерпении.

А дальше было просто безумие.

Алчное, жадное мужское безумие.

И да, невольно сравниваешь нового мужчину с прошлым, даже если не хотела об этом даже думать! Но сравнение приятное: у Люка всё было больше и крепче. Просто до дрожи он во всём был лучше.

Норфолк утолял голод со мной много сладких часов. В разных позах.

Я плавилась в его руках, как свеча, шептала его имя, стонала от сладостной истомы и удовольствия, накрывающего волнами. А как он двигался! Шикарный мужчина!

Норфолк действовал нежно и одновременно властно. Никогда со мной не было ничего подобного. Идеальный, горячий, ненасытный мужчина. Сладкий, ласковый, неистовый. И я умирала и воскресала от счастья.

Почему мы так долго ждали⁈

Норфолк поставил меня на колени, прижав мою голову к подушке, и брал сзади, до предела глубоко. Мы сливались вместе: мужчина и женщина. И я просто сходила с ума от его животного безумия, мне так это нравилось. До одури.

— Алисия, ненаглядная моя… — прохрипел он, отдаваясь последним мощным толчкам.

И накрыл меня сверху, придавливая приятной тяжестью.

— Люк, — прошептала я, кусая губы.

В груди взрывались фейерверки счастья. Несравненного удовольствия. Звёзды зажигались под веками.

Я осторожно перевернулась под Норфолком, чтобы обнять, прильнуть, благодарно прижаться всем телом к нему ближе, к моему мужчине. Теперь моему. Любимому. Единственному. Верной хотела быть лишь ему. Любить его одного хотела.

Переплетённые жаркими телами, мы заснули, когда небо за окном уже начало светлеть. Ночь таяла, и утро уже наступало на порог.

Разбудило меня странное ощущение на щеке. Я открыла глаза и увидела белый пушистый мех. Не сразу поняла, что происходит. Я лежала на плече Норфолка, и моя нога была закинута ему на бедро, а в лицо мне ткнулось что-то пушистое.

Я приподняла голову. Сердце словно пронзил раскалённый кинжал. Я его узнала! К нам с Норфолком пришёл Люкар!

— Ты настоящий? — прошептала я, прикасаясь пальцами к меху.

— Он настоящий, — прохрипел Норфолк, погладив массивного волка по загривку. — Мой дух вернулся от нашей связи, Алисия. Он воскрес.

Я прикрыла губы ладонью, чтобы не дрожали. И тут же кинулась обнимать волка. Моего дорогого, любимого волка: такого близкого, родного, по которому безумно скучала.

— Родной мой!

В груди словно затянулась давняя рана, остро мучившая долгие годы. Я ведь всегда его вспоминала, тосковала по нему!

— Боже мой, Люкар! — прошептала я.

Волк заскулил, прижимаясь ко мне, а затем неожиданно засветился и превратился в белый огонёк. Завис над Норфолком и впитался в его широкую грудь, покрытую завитками волос.

— Это всегда был ты, — проговорила я.

— Это был я, — пророкотал он и поднёс мою ладонь к губам, ласково целуя. — Мой волк тебя охранял, я ждал, пока ты станешь совершеннолетней. Но не успел прийти — Фист быстро тобой овладел. Но теперь я не отпущу тебя, Алисия.

Норфолк ещё раз поцеловал мою ладонь, и от поцелуя по всему телу пробежала дрожь.

Он привлёк меня к себе, и снова была близость.

А потом мы торопливо собирались на работу — уже опаздывали!

Гарольд

Он чувствовал, что тонет. К шее будто привязали камень, и он стремительно тянет на глубину. Грудь сжимается, накатывает агония, нет сил сделать вдох.