Книга Бег по стене, страница 168 – Юлия (Ли) Ода

— Тогда подробнее и побыстрее – что именно ты предлагаешь?

* * *

Особых подробностей ей в итоге никто разжевывать не стал, иначе бы не вышло «быстрее», а именно это было сейчас критичным. Но общую идею из еще одного стремительного и щедро пересыпанного терминами диалога между «мальчиками», она вынесла – сделать им предлагалось что-то вроде пращи. Или скорее даже рогатки.

«Растягиваем момент до предела, а потом резко отсекаем стопор и получаем чертову прорву высвободившейся энергии, способной закинуть что угодно куда угодно» – звучало это у них именно так.

В смысле, растягивает Второй, вплотную подводя систему к критическому пределу, а отсекает Петер – используя свой способ нарезать цифровую основу вирт-среды, которым так красиво пробивал себе входы. И которым когда-то устроил ей персональную клетку, кстати. Майя же должна была стать тем самым камушком, что благодаря отдаче вылетит из этой рогатки, прихватив с собой и своего меха. Прямиком на станцию – если они со Вторым сумеют прицелиться точно. Ну или хрен знает куда – если нет.

Рассказывать им, что от такой идеи волосы у нее поднялись дыбом даже там, где отродясь не росли, Майя не стала. Смысл? Пробовать они будут все равно, ведь это и правда в разы увеличивало им шансы. А риск… Риск он всегда есть. Даже когда неспешно ходишь по нитке логов, протянутой между давно известными координатами и адресами. Но…

— Черт! – не удержалась она. – Черт, черт, черт!!!

Ей сейчас придется довериться этим двоим так, как она не доверяла никогда и никому! И ладно бы Второму – он, как ни крути, всего лишь прямое отражение самой Майи – причем лучшей ее стороны. Но Петеру? Которого, по большому счету, почти не знает? Это вам не обещаниями замуж выйти раскидываться, это в прямом смысле жизнь, что ему сейчас придется доверить полностью. Получив, кстати, такое же доверие в ответ.

Она точно к такому готова?

А тот, словно почувствовав ее сомнения, вдруг развернул Майю спиной к себе и прижал даже сильней, чем это было у них сейчас в реале. Почти повторил их позу в кресле перед моноблоком.

— Не бойся, Маш, я рядом. Я теперь всегда тут буду. – Привычного уже дыхания, щекотавшего ухо, она здесь не ощутила, но, как выяснилось, это не меняло вообще ничего. – Все у нас будет хорошо, слышишь. Верь мне.

И Майя поняла, что в самом деле верит. Черт знает почему, но это так. Нащупала его ладони на талии, накрыла их своими и потерлась затылком о подбородок мужчины, с которым чувствовала себя надежно, как никогда:

— Угу.

И вдруг поняла еще одно: вот так пробивать свой потолок она пока ни разу не пробовала. Потому что никогда не могла до конца встроиться в связку с напарником, все время чувствуя себя то ущербной и не способной работать ни с кем, кроме Второго, то наоборот, почти богом, до уровня которого любому партнеру как до луны в реале. Но совместимости не получалось ни в том случае, ни в другом – именно из-за ее вечного недоверия.

Она всегда и во всем искала подвох, никогда и никому не открываясь полностью – просто не умела этого делать. И ведь нельзя сказать, что это было совсем уж неправильно. Взять хотя бы ту же историю с «прикрытием», подсунутым ей в Берлине. Не насторожись она тогда с самого начала… В общем, неизвестно чем бы там все закончилось.