Книга Третье пугало, страница 12 – Юлия (Ли) Ода

Аля знала, слухи до нее давно доходили. Но вот откуда оно было известно нечисти?

Домовик, пока она прикидывала, как половчее закрыть свернувший явно не туда разговор, дожевал хлеб, выцедил из блюдца последние капли молока, рыгнул без малейшего стеснения и попросил – так же равнодушно, как и все, что он делал:

— Я это… к себе пойду. Ладно?

— Уверен? – с сомнением уточнила Аля под не слишком довольным магистровым взглядом. – Может, все-таки здесь останешься? Не будем мы тебя убивать.

— Так-то да, – покивал тот. – Что не будете, уже понял. А все равно, привык я там, спокойнее оно мне как-то. Только можно еще и хлебушка остатки заберу? На сухарики.

— Бери, – щедро распорядился магистр, нетерпеливо прислушиваясь то ли к себе, то ли к тому, что происходит с пентаграммой в соседней комнате. – Бери что хочешь, и давай уже…

— Но не все подряд, – тут же вмешалась Аля, отбирая у нечистика бутылку с чем-то сладким и алкогольным, в суматохе тоже непонятно зачем прихваченную из магазина – заодно с коробкой нелюбимых ромовых конфет и подозрительно яркой пачкой печенья с отчетливо химическим запахом. Не иначе, затмение на нее тогда от всего случившегося нашло. Но это ж не повод скармливать домовику непонятно что, правда? А тем более не повод спаивать.

Нечисть с тоской в глазах проводил отодвинутое в сторону и вздохнул:

— Ты, ведьма, эт-та… Ты голову-то относительно моих знаний про вашего обслужника особо не ломай. Я тебе и сам скажу – клеймо на таких стоит. – И ткнул в сторону магистра – Вот он бы, сдается, увидел. И я вижу. Потому как совсем старый уже.

И сняв с просохшей и вновь распушившейся темной шкурки полотенце, начал торопливо упаковывать в него остатки еды со стола. Аля завороженно и бездумно следила за ловкими ручками, сноровисто собирающими себе узел «на дорожку», пытаясь до конца осознать, что ей сейчас сказали.

— Клеймо – это как инквизиторы ставят? – все же уточнила она, не понимая, какой ответ ее больше расстроит. Но по итогу опять не получила ничего конкретного:

— Знаешь уже, да? Ну так и спрашиваешь тогда чего?

Но выругаться просто не успела – у магистра тоже нашлось о чем полюбопытничать и он ее опередил:

— Старушку, у которой ты жил, этот клейменый племянник на тот свет спровадил?

— Помог, угу. Н-наследничек.

— А как же полиция? – вскинулась Аля. – Не могли же они спустить такое без разбирательства?

— Почему ж не могли? – злость, на секунду прорвавшаяся во взгляде у нечистика, снова затянулась ряской равнодушия. – Кому там на самом деле интересно, от чего помирают старушки, которым и без того вроде как давно пора?

— Хочешь его голову? – деловито предложил магистр. – В обмен на честный разговор о том, что у вас случилось?

— Ты же это не всерьез? – Аля аж поперхнулась, и пока приходила в себя, нечисть успела внимательно изучить призрака от макушки до ботинок:

— Приноси, колдун. Там посмотрим. – И шагнул к двери, поклонившись, прежде чем выйти:

— Ну бывайте, оба. За ласку, за разговор толковый – спасибо. А за обед так особенно.

— Скажи, что тебе еще нужно? – вдруг спохватилась она. – Я потом куплю и занесу.

— Да не переборчивый я давно, всему буду рад, – снова поклонился тот и выскочил в щель едва приоткрывшейся двери, утянув за собой и плотно увязанный узел из полотенца.