Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 136 – Алена Шашкова

У кого же тогда хватило наглости и смелости, чтобы покушаться на семьи не просто герцогов, а драконов? И какие должны быть на кону выгоды?

— Видимо, цели Пирра требуют радикальных действий, — со злостью произносит Бьерн. — Но теперь он точно подписал себе смертный приговор. Если сами драконы с этим не справятся, то уж Адалия и Тея сами…

На его лице расплывается улыбка, как будто в своем воображении он уже представил, что с Пирром сделают эти женщины. Я даже невольно начинаю испытывать уважение к ним. Но царапает то, как фамильярно он упоминает жен драконов. Как минимум странно.

— Но зачем?

— У нас пока нет ответов, — качает головой Бьерн. — Только вопросы, как и у тебя.

— У вас? — переспрашиваю я. — У тебя и герцога?

Вот теперь его взгляд оказывается направлен точно на меня. Пылающий. В нем мелькает удивление и понимание. Он сказал больше, чем хотел.

— У меня и… И у всех, кто занимается этим делом, — отговаривается он. — Ты же не думала, что я один все делаю?

Нет, конечно, не думала. Но теперь мне интересно, кто еще этим занимается, если не сам герцог? Не поверю, что в драконьи дела допускают много людей. Как же близко Бьерн допущен к тайнам чешуйчатых герцогов?

— Франц был один, — перевожу тему я. — Без Лидии. И раз его слова относительно моего имени были настолько туманны, то с ней он и не виделся.

— Люди из тайной полиции приходили к Францу в его съемные апартаменты, — говорит Бьерн. — Она там не появлялась. И ему, вероятно, не сказала, куда ушла. Возможно, поэтому он был особенно зол и хотел самоутвердиться за твой счет. Но… Ты ему не дала.

— То есть Лидию вы не нашли?

От этого осознания по телу разливается холод. Не хорошо это. Даже плохо. Как будто сидишь на пороховой бочке, к которой ведет уже подожженный фитиль. И остается только ждать, когда медленно ползущий огонек с шипом доберется до дерева, а потом тебя подкинет взрывной волной.

— Ищем, — жестко отвечает Бьерн.

Я веду плечом. Ладно. Если Бьерну в чем-то и можно доверять — раз уж он так и молчит о своем прошлом, — то это защита и безопасность.

— А сейчас, — он улыбается уголком губ, — я научу тебя делать борщ.

— Борщ? Сейчас? — я недоуменно моргаю, переводя взгляд с его серьезного лица на пустой стол.

В этот момент кажется, что этим предложением Бьерн пытается отгородиться от проблем. Только это же как прятаться от шторма за тонкой занавеской!

— Именно сейчас, — кивает Бьерн, и в уголках его глаз собираются лучики морщинок. — Познакомить тебя пока не могу, но сам вроде вполне сносно умею готовить. Думаю, и научить смогу.

Он снимает куртку, оставаясь в рубашке, и закатывает рукава. Я невольно засматриваюсь на его руки с широкими запястьями, закованными в металл наручей. Эти руки могут ломать кости и держать нож и меч, а сейчас они будут просто… резать овощи?

Дом радостно скрипит половицами и распахивает крышку ледника. А ведь Бьерн уже спускался туда, но не достал ничего. Значит, ему пришла эта мысль только сейчас?

Зачем? Чтобы что?

Я, конечно, могла бы спросить его, но вряд ли услышала бы правдивый ответ. Поэтому я пожимаю плечами и достаю ножи и разделочные доски, показывая, что я готова активно перенимать опыт.

Бьерн достает из ледника сверток с мясом, несколько свекол, морковь, лук и капусту. Я по его указанию наливаю котелок воды, в который он бросает промытое мясо и ставит в печь.