Онлайн книга «Замок над морем»
|
Голос сам собой обрел силу и звучность, рука с землей выписывала странные знаки, вторая рука, с посохом, стояла уже не как опора, нет. Стукнуть в пол посохом, приговорить – так сделано, так задумано, так и исполнено, словно завершая обряд тяжелым ударом. Земля очень удачно легла на пол знаком Ардена. Магдалена побледнела, раскрыла рот и тяжело задышала, но Алаис не боялась. Ну кликнет тетка стражу. Так это еще успеть надо. А еще… Нет здесь инквизиции! Не додумались! Потому как человека колдующего тоже нет! Ведьм нет, колдунов нет, но свято место пусто не бывает. Есть вьелерины – это посланники Ардена, но Ирион же не мог не подложить хвост? И из ночной темноты и дорожной пыли, в пику Ардену, сотворил шешунов. Есть такие приятные создания. Если вьелерины доносят слова людей до Ардена, то шешуны – до Ириона. А тому, как известно, только шепни. Кто-то может шепнуть. Вот Алаис и исполнила красивый спектакль. И с удовольствием увидела, как бледнеет лицо нахалки. Развернулась и направилась к двери. — Стой! – полетело ей вслед. Не оборачиваться. Больше достоинства. — Стойте!!! Госпожа, умоляю, стойте!!!! Мужчину испугать было бы сложнее. Тут можно и кинжал в спину получить, но рисковать приходится. Рассчитываем на человеческие суеверия, только на них. Может подвести что угодно. Человек может не знать, не понять, не додуматься, но суеверия – это нечто вечное. Вот перебежала дорогу черная кошка – и обходит ее бедняга другой дорогой. И по дереву стучит, и мужика ожидает, уронив нож… Жизнь такая. И Магдалена не оказалась исключением. Злые слова уже прозвучали, прозвучали красиво, непонятно, страшновато… чего еще? Алаис развернулась только когда рука Магдалены легла на дверь, намертво отрезая путь к отступлению — Ну?! — Госпожа, не гневайтесь… — Уйди с дороги! — Уйду, госпожа, только проклятие заберите! Магдалена действительно боялась. Это было видно по дрожащим рукам, посеревшему лицу, прикушенной губе. Алаис прищурилась еще сильнее, чтобы точно цвет глаз не запомнили. Да и видно так лучше. Ирион бы побрал эту белладонну! Глаза-то черные, а видимость откровенно плохая! Тьфу! — А я тебя и не проклинала. И без меня нашлось кому… Магдалена сбледнула еще сильнее. И Алаис злорадно добила: — Ой, не одно злое слово здесь звучало, черный след вижу. Не снимешь его – года не пройдет, как на этом месте бурьян вырастет! Все в лучших традициях доморощенных экстрасенсов. Чую, чую, чую, чую, вижу, вижу, вижу, вижу… баблом пахнет! Гони денежку, а лапшу я тебе обеспечу! А то ж! Чтобы в пансионе и ни разу не поругались? Такого не бывает! Алаис обсчитали, значит, и кого другого тоже обсчитывали. И что – все уходили, гордо подняв голову? Никто не попытался за себя побороться? Ой ли… — Госпожа! Как же это… — Хамить не надо людям. Лгать не надо людям, – припечатала Алаис, спешно проглатывая булгаковское «по телефону». Магдалена тяжко вздохнула. — Жизнь же… — А коли так поступаешь, так хоть черноту снимай. Иначе все пеплом пойдет. Пепел к пеплу, прах ко праху… Женщина дернулась. — А что… — Как снять? А знания денег стоят, девушка. Хотя бы тех, которые у меня украли. Магдалена поглядела на старушечье лицо расширенными глазами. Испугалась, так-то… В руку Алаис почти мгновенно легли несколько монеток. Тяжелые. Золотые. |