Книга Замок над морем, страница 87 – Галина Гончарова

— Я предпочитаю готовиться к худшему, монтьер герцог.

Таламир скривился, но спорить не стал.

— Ладно. А теперь идите сюда, Алаис. Будем стараться сделать ребенка.

Лежа щекой на столе и стараясь не попасть волосами в чернильницу, Алаис утешалась двумя вещами. Первая – нюхать мужа не приходится, и то хлеб. Вторая – она едет в столицу!

А там наверняка появится масса возможностей для побега!

В столице легче спрятаться, оттуда легче сбежать. А мужа… ну, потерпим. Будем думать о Карнавоне.

Кстати, мысль о том, что она оставляет дом Алаис в руках врага, женщину вовсе не грызла. Дом с землей не сровняют, а она сюда вернется, но только хозяйкой, а не марионеткой. Или не вернется. Не суть важно.

Главное – будет жива и здорова.

Найдет себе место в новом мире, устроится, может, даже замуж выйдет. Возьмет себе другое имя, например Алиса Эссен, и будет жить.

Пора отряхнуть со своих ног прах Карнавона.

Род Ольрат

Тьер Римейн нервничал, и было отчего. Последний месяц был… странным. Без вести пропали трое тьеров, с которыми он был связан особыми интересами.

Они не выезжали из города, их не находили мертвыми, но и в городе их тоже не было. Их вообще нигде не было.

Один мог загулять. Два – и загулять, и уехать. Но три? Это уже слишком много.

И тьер не мог понять, что произошло. Ведь как в воду канули!

Куда они делись? Что случилось? Из-за чего или кого?

Ответов на вопросы не было. Вечером тьеры еще были у себя, а утром – уже нет. Кто-то решил их убить?

Но за что? И как их вычислили? Они ведь были осторожны!

Тьер понятия не имел о методах поставки живого товара, а то узнал бы много нового. Ему не приходило в голову, что проститутки, нищие, ворье весьма наблюдательны, для них это вопрос выживания. Что его собственный конюх следит за ним недреманым взглядом. Что простолюдин вообще может злоумышлять против благородного тьера.

Это против самой природы!

Тьер может быть убит на войне, в поединке, казнен по приказу короля, но вот так, подло? Из-за угла?

А убийство могло быть только в спину. Римейн знал пропавших тьеров и был уверен, что лицом к лицу с ними сложно справиться. Во всяком случае незаметно. Поднялся бы шум, прибежала стража…

Да хоть кто-то хоть что-то бы видел!

Но нет!

Как в воду канули. Массимо Ольрат мог бы сказать, что оные тьеры канули вовсе не в воду, а в дерьмо, и найдут их, когда выгребные ямы станут чистить, то есть очень не скоро, но лучше не говорить, а делать. Но это ему было ясно, что делать, а как поступить тьеру Римейну?

Мужчина размышлял недолго.

Что общего было у пропавших тьеров?

Правильно. Их маленькое общее увлечение. А значит, и расхлебывать последствия в одиночку тоже не годится. Надо назначать общее собрание, на сей раз деловое, без жертвоприношения, надо решать вопрос, надо искать… охотника прежде, чем он найдет их. Найдет или уже нашел?

Плохо, что нельзя обратиться к властям: с силами стражи было бы легче искать и защищаться тоже легче, но что сказать градоправителю? Тут наших друзей убивают. Почему? Мы приносили жертвы Ириону, и кому-то это не понравилось. Обнаглело всякое быдло! Не понимают, что их судьба – это судьба барана. Пастись, блеять, стричься, а в нужный момент пойти на мясо под ножом того пастуха, который пожелает. А они себя кем возомнили?