Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 48 – Кристина Юраш

Ему, видимо, казалось, что после его извинений разговор должен закончиться примирением. Но я всё ещё помнила, как он целовал Анаид, и понимала, что не смогу спокойно находиться с ним в одной комнате.

— А если я не хочу уходить? — возмутился Игнис, выпрямляясь. — Тем более после того, что я услышал! Ты только что сказала, что отдала половину жизни, а теперь предлагаешь мне просто собрать вещи и отправиться неизвестно куда? Делли, ты хоть понимаешь, что я не могу оставить тебя в таком состоянии?

Он говорил так уверенно, будто моё требование уйти было очередной глупостью, которую следовало переждать.

Мне стало досадно оттого, что Игнис по-прежнему позволял себе решать за нас обоих. Даже сейчас, когда в нём никто не узнал бы хозяина дома, он разговаривал со мной привычным тоном герцога Рейсберга.

— Тогда я прикажу тебя вышвырнуть, — произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Как вышвыривают проворовавшегося слугу.

Слова вырвались прежде, чем я успела подумать.

Игнис отшатнулся, и на его чужом лице появилось такое выражение, что я сама испугалась сказанного. Ещё недавно я обнимала этого человека, плакала у него на груди и благодарила богов за то, что он вернулся. А теперь угрожала выставить его из собственного дома, словно какого-нибудь воришку, пойманного возле хозяйской шкатулки.

Но, судя по тому, как Игнис стиснул зубы, я сумела ударить его по самому больному месту.

— Как проворовавшегося слугу? — переспросил он, не повышая голоса. Его пальцы невольно сжали край ливреи, которую он, кажется, ненавидел уже одним своим существованием. — Ты сейчас всерьёз сравнила меня с вором?

Я вспомнила, как он только что приказывал кучеру молчать. Как обещал Анаид вернуть всё имущество, когда сумеет доказать, что является герцогом. И всё-таки мне стало стыдно. Я не хотела использовать его беспомощность для унижения, даже после того, что он сделал со мной.

— Прости, я не должна была так говорить, — выдохнула я, осторожно опускаясь на край кровати. Ушибленное колено уже не позволяло долго стоять, а после крика в горле неприятно саднило. — Давай я дам тебе денег, и ты просто уйдёшь. Возьми столько, сколько понадобится. Ты ведь теперь не можешь распоряжаться нашими счетами, а тебе нужно на что-то жить. Я всё понимаю, Игнис. Только, пожалуйста, не оставайся здесь.

Мне было больно произносить эти слова. Я сама собиралась дать мужу денег, чтобы он мог начать жизнь без меня. А ведь ещё совсем недавно я была уверена, что отдала бы последнее только ради возможности прожить рядом с ним ещё один день.

Игнис смотрел на меня с таким недоумением, словно предложение денег оказалось даже оскорбительнее угрозы вызвать слуг.

— Делли, ты себя слышишь? — спросил он, придвинув кресло ближе к кровати, но садиться не стал. — Ты предлагаешь мне деньги из моей же сокровищницы, чтобы я убрался из собственного дома. И всё это после того, как сама вытащила меня с того света! Ты ведь не можешь всерьёз хотеть, чтобы я ушёл.

Я подняла на него глаза. На мгновение мне снова показалось, что жёлтый цвет стал ярче. Я помнила именно такие глаза у прежнего Игниса, когда он сердился, особенно если разговор касался вещей, в которых считал себя единственным хозяином положения.