Книга Сделка со Смертью. Муж воскрес и изменил, страница 72 – Кристина Юраш

Я перечитала слова доктора и невольно придержала лист забинтованными пальцами: газета съезжала с колен, а мне хотелось убедиться, что я правильно всё поняла.

«Кто-то вложил в него новую душу».

Ведь именно об этом я умоляла Смерть, когда узнала, что душа Игниса вытеснила из тела несчастного лакея его собственную! Я просила подарить парню другую жизнь, долгую, счастливую и, если можно, богатую. Чтобы ему больше не приходилось прислуживать безрассудным хозяйкам вроде меня.

Смерть тогда посмеялся над тем, что я пытаюсь купить спокойствие собственной совести, но всё-таки выслушал меня. Теперь в газете рассказывали о младенце, который вернулся к жизни и стал единственным наследником богатого маркиза.

Неужели Смерть действительно исполнил мою просьбу?

— Анжей? — прошептала я, наклоняясь над страницей, словно могла увидеть между строк знакомое лицо молодого лакея.

Мне вспомнились коридор после ритуала и его испуганный возглас: «Мадам! Вы что-то уронили!» Он бросился мне на помощь, наклонился к упавшему золотистому огоньку, а я не успела предупредить, что к нему нельзя прикасаться. Я даже не знала имени человека, чья жизнь оборвалась из-за моей неосторожности.

А теперь, если мои догадки были верны, Анжей родился в богатой аристократической семье. У него будут красивые игрушки, хорошее образование, собственный дом, а однажды он получит огромные владения и титул маркиза.

Но я снова перечитала не строку о наследстве, а последние слова статьи.

Его мать не выпускает малыша из рук!

Как же она, должно быть, испугалась, когда врачи сообщили о смерти единственного сына, и как радовалась, услышав его первый крик!

Я представила маленького мальчика на руках у матери, а рядом — отца, который распорядился устроить праздник в честь его рождения. Никто из них не знает о молодом лакее, который когда-то поднял чужую душу с каменного пола. Пусть мальчика любят просто за то, что он у них есть, а не за услуги, которые он способен оказать.

Я прижала газету к груди, слишком сильно сдавив её забинтованными пальцами. Пришлось ослабить хватку, зато теперь я заметила, что плачу и улыбаюсь одновременно.

Слёзы за эти дни стали такими привычными, что я почти перестала обращать на них внимание, но сейчас мне совсем не хотелось их останавливать. Впервые после похорон Игниса я радовалась тому, что произошло с другим человеком, и эта радость не требовала от меня ни обещаний, ни жертв.

— Спасибо, — тихо произнесла я, вспомнив красивое лицо Смерти, его серебристые волосы и насмешливый голос. — Не знаю, слышите ли вы меня… Но спасибо вам. Если это действительно Анжей, вы подарили ему такую жизнь, о какой я и просить-то боялась.

Мне хотелось верить, что Смерть сдержал слово. Конечно, газетная статья ничего не доказывала, но я всё равно представляла, как счастливо будет жить этот мальчик, и чувствовала облегчение от мысли, что хотя бы один мой поступок не обернулся несчастьем.

Я уже собиралась ещё раз перечитать заметку, когда дверь спальни внезапно распахнулась.

Я вздрогнула, поспешно отняла газету от груди и вытерла мокрые щёки тыльной стороной забинтованной ладони.

На пороге стоял Игнис в ливрее лакея.

Он даже не постучал, хотя дворецкий, кажется, уже успел с ним поговорить. Муж шагнул в спальню с привычной уверенностью хозяина дома, сердито посмотрел на меня и заговорил таким возмущённым тоном, словно я лично лишила его не только титула, но и всех положенных герцогу удобств: