Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 155 – Виктор Громов

В старых книгах. И впервые ей стало страшно не потому, что она может его не найти. Потому что найдёт.

Имперский суд после полуночи почти пустел. В длинном западном крыле оставались только дежурные служащие, охрана и несколько комнат, где люди с достаточно влиятельными фамилиями могли работать тогда, когда обычным людям уже полагалось спать. Ростислав Волконский не спал.

Он сидел у небольшого письменного стола в комнате временного пребывания и читал уведомление второй раз. Поверенный стоял возле окна. Молодой ещё мужчина, слишком аккуратный для полуночной работы и слишком опытный, чтобы задавать вопрос прежде, чем Ростислав закончит чтение.

На столе лежала копия того же документа. С гербом Заречных. Старой датой. Строкой о живом голосе из чужого мира. Ростислав дочитал до оборота.

Его взгляд задержался на имени Елены Сергеевны Вороновой. Потом на подписи Матвея Романовича Волконского. Он положил лист. Долго молчал. Поверенный наконец спросил:

— Это имеет отношение к вашему делу?

Ростислав посмотрел на него.

— Теперь — да.

— Из-за старого участия Волконских?

— Не только.

Поверенный подошёл ближе.

— Тогда из-за чего?

Ростислав снова перевёл взгляд на документ. Уголок его рта едва заметно дрогнул. Это была не улыбка, а скорее подтверждение мысли, которую он слишком долго не хотел считать возможной.

— Значит, они всё-таки нашли книгу переходов.

Поверенный нахмурился.

— Какую книгу?

Ростислав не ответил сразу. Он посмотрел на закрытую дверь. Будто проверял не дерево. То, кто находится за ним. Когда заговорил, голос стал значительно тише.

— Ту, из-за которой Заречных начали уничтожать задолго до рождения нынешней княгини.

Поверенный побледнел.

— Кто начал?

Ростислав взял документ.

Сложил.

— Вот это, — сказал он, — теперь самый опасный вопрос.

За окнами спала столица. А далеко на Севере дом Северинов впервые признал Варвару Заречную не частью себя, а равным голосом рядом. Она ещё не знала, что почти двести лет назад другой Заречный уже пытался сохранить свой дом тем же невозможным способом.

И что первая женщина, которую этот мир позвал вместо собственного умирающего голоса, не смогла остаться.

Конец второй книги.