Книга Идеальная дочь, страница 109 – Федерико Аксат

Нападение было настолько четко организованным, что просто не могло быть внезапным. Мужчина поджидал ее, притворяясь, будто наблюдает за птицами в бинокль – возможно, тот самый, с помощью которого он выслеживал и ее. Он даже одет был соответствующе. София, проходя мимо, не могла скрыть любопытства. Мужчина опустил бинокль и изобразил удивление, а затем – безумную радость. Он сказал ей, что заметил краснокрылого дрозда – большую редкость в этих краях, и не успела София ничего ответить, как он протянул ей бинокль. «Жена не поверит, когда я ей расскажу!»

Ее погубило любопытство. Девяносто девять процентов ее ровесников плевать хотели на краснокрылого дрозда, но только не она.

София взяла бинокль, и тут мужчина вытащил из кармана тазер и выстрелил ей в грудь. От разряда она потеряла сознание. А очнулась уже на заднем сиденье машины с мешком на голове.

Неизвестно, сколько времени она там провела. С тех пор как она вернулась в сознание, прошло минут десять-двадцать, но это никак не помогало определить, сколько они проехали. Потом машина остановилась, и мужчина вколол ей что-то в руку. Она даже не особо сопротивлялась: от шока страх отошел на второй план.

В подвале все изменилось. Она очнулась на матрасе, прикованная цепью к стене, и первые несколько часов просидела, обхватив колени и рыдая без остановки. Год назад они с Никки тайком посмотрели фильм «Комната». София знала, что ее ждет.

Но шли дни, недели, а мужчина только приносил еду и уходил.

Все было удручающе однообразно, пока София не решила объявить голодовку. В результате у нее появилась чистая одежда и ее прекрасно накормили; значит, она нужна живой.

Вечером, когда мужчина снова принес ей еду – на сей раз не изысканное лакомство, а обычный рис с курицей, – София ждала его стоя на лестнице.

Такого мужчина явно не ожидал. Он уставился на нее через приоткрытую дверь, держа поднос в руке. Потом медленно присел, не сводя с нее глаз, и опустил поднос на верхнюю площадку лестницы.

— Я ведь могу опять перестать есть, – проговорила София.

Мужчина взглянул на камеру.

— Это не поможет ни тебе, ни мне.

София пожала плечами:

— Мне терять нечего. Я хочу еще кое-что, кроме одежды.

— Не думаю, что…

— Ничего особенного. Зубную щетку и пасту, постельное белье и еще интересную книжку, толстую. Да, и радио.

Мужчина улыбнулся.

— Радио нельзя.

— Тогда принесите все остальное.

— Я ничего не обещаю.

— Я не буду есть, пока не принесете, – серьезно сказала София.

Мужчина вдруг уставился на поднос, словно впервые его видел. Потом посмотрел на Софию так пристально, как никогда. Закрыл дверь и исчез.

София поднялась на верхнюю ступеньку. Порой она забывала, что таскает за собой цепь, но потом начинала ненавидеть ее с новой силой. Она взглянула на поднос: тарелка риса с курицей, кусок хлеба и стакан апельсинового сока. Вся посуда пластиковая. Ничего необычного, все та же безвкусная еда.

По правде говоря, она уже проголодалась, да и мужчина дал понять, что в любом случае учтет ее просьбы. Рис был еще горячим. Она присела на верхнюю ступеньку и взяла пластиковую вилку. Придвинула к себе поднос и тут заметила под стаканом какую-то бумажку.

Софию бросило в жар. Она уже была готова схватить листок и прочитать – ведь там должно быть что-то написано, верно? Но тут вспомнила, что на камере прекрасно видно каждое ее движение. Тогда она решила поднять стакан вместе с запиской. Отпила немного сока и незаметно сунула бумажку в карман.