Книга Идеальная дочь, страница 85 – Федерико Аксат

Фил изо всех сил пытался сосредоточиться на юридических тонкостях и рекомендациях, которые доносил до него Спенсер. Но то и дело отвлекался на мысли о Кэролайн, лежащей без сознания на больничной койке, и о Софии, которую он, возможно, больше не увидит. Его мысли блуждали где-то далеко, пока отдельные слова, вылетавшие из непрерывно движущегося рта адвоката, не достигали его сознания. Время от времени Спенсер спрашивал, все ли Филу понятно, и тот отвечал, что да, конечно.

Спенсер как раз подробно комментировал пункты договора о передаче акций, когда из-за двери переговорной вдруг послышались голоса.

Все трое одновременно обернулись. Спенсер вопросительно посмотрел на Фила. За дверью не то чтобы шел жаркий спор, но говорили явно на повышенных тонах.

Фил узнал только Луизу, свою секретаршу. Но там были еще по крайней мере двое.

Дверь распахнулась, и в переговорную вошли мужчина и женщина. Вслед за ними с извинениями спешила Луиза.

— Извините, пожалуйста, мистер Холмс, я просила подождать, но меня не послушали.

Фил сразу узнал Тима. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг его мозг распознал Камилу Джонс, и Фил оцепенел.

— Мистер Холмс, меня зовут Камила Джонс. Нам необходимо поговорить.

Фил по-прежнему смотрел на них как на инопланетян.

— Это займет всего несколько минут, – настаивала Камила.

Фил замотал головой.

— Поговорить о?..

— Об исчезновении вашей дочери и о несчастном случае с вашей женой, – твердо сказала Камила. – Мы проводим расследование и рассчитываем на вашу помощь.

Тим стоял, уставившись в пол. Он говорил Камиле, что заявляться без предупреждения – плохая идея, и даже если у них получится заручиться поддержкой Фила, то точно не таким способом. Как бы ему ни хотелось ошибаться, он знал: Холмс никогда не согласится общаться с ними в подобных условиях. Хотя он и пытался сохранять спокойствие, все, кто хоть немного его знал, понимали – Фил в ярости.

— Миссис Джонс, – медленно произнес Фил, – я, конечно, не собираюсь винить во всем вас, но моя жена была одержима желанием снова привлечь внимание к делу и дать эксклюзивное интервью. Теперь она в коме. И знаете что? Отчасти я все-таки вас виню. Расследование, говорите? Насколько я понимаю, действительно расследуют дело полиция и ФБР, а вовсе не вы.

Альберт Спенсер и Кэтрин сидели неподвижно, как статуи.

Фил обратился к Тиму:

— Я с тобой говорил, потому что ты мне не чужой, а я хотел дать понять: вопрос закрыт. С прессой я больше не общаюсь. Точка.

— Уделите мне пять минут наедине, и вы поменяете свое мнение, – сказала Камила.

Фил открыл рот, чтобы что-то ответить.

— Всего пять минут, – повторила Камила. – Потом можете поступать, как посчитаете нужным.

Фил вздохнул. Попросил адвокатов оставить их. Спенсер встал, наклонился через стол и вполголоса сказал, что, возможно, ему лучше присутствовать при этом разговоре. Фил покачал головой.

Тим не знал, что и думать: такого развития событий он никак не ожидал. Камила попросила его подождать вместе с остальными снаружи.

Перед переговорной была небольшая приемная. Луиза явно не понимала, что ей делать, и молча вернулась на свое рабочее место. Спенсер и Кэтрин остались стоять. Тим понятия не имел, что задумала Камила, но понимал: скорее всего, пятью минутами дело не обойдется. Он опустился в одно из мягких кресел. Пытаясь завязать разговор с адвокатами, спросил, не для того ли они здесь, чтобы заниматься продажей акций Фила Холмса. Спенсер, как робот, ответил, что не имеет права обсуждать дела клиентов с третьими лицами, тем более с журналистами.