Книга Остров кукол, страница 61 – Джереми Бейтс

Мария крепко-крепко сжала губы.

Тогда монахиня выпустила ее волосы и щепотью зажала ей ноздри.

Давление нарастало в легких Марии до тех пор, пока ей ничего не осталось, кроме как открыть рот. Монахиня пропихнула бобы прямо ей в горло, заставив проглотить. Сунула туда же вторую полную ложку, потом еще одну: кормежка шла скорее, чем Мария успевала глотать.

Наконец, Мария задохнулась и закашлялась, осыпав бобами тощую девочку, которая сидела напротив нее. Потом согнулась вперед — ее стошнило. Сквозь залитые слезами глаза Мария в ужасе наблюдала за тем, как монахиня цепляет на ложку немного рвоты.

— Открывай рот, — велела она.

1

Сквозь дождь и ветер Елизавета добежала до соседней лачуги. Внутри было совсем темно — сплошь тени и новые ряды кукол на стенах, одна чудовищнее другой. Зед сидел на полу рядом с Розой. Похоже, они играли в ладушки, распевая старинную английскую песенку.

— Во что играете? — спросила она, потирая мокрые руки, чтобы хоть немного согреться.

— Мы с Зедом играем в «Испеки оладушки»! — радостно доложила Роза. — А потом он обещал разучить со мною стих про маленькую мисс Маффет.

— У Зеда множество талантов, — с улыбкой подтвердила Елизавета.

— Они обо всем рассказали? — спросил у нее Зед.

Елизавета кивнула.

— Я поверить не могла, что… — покосившись на Розу, она захлопнула рот.

— Роза, — подался вперед Зед, — пойди-ка, поиграй немного с одной из тех кукол, ладно? Мне нужно поговорить с Елизаветой о всяких взрослых вещах.

— Какую из кукол мне можно взять?

— Любую, какую пожелаешь.

— Но они все привязаны к стене…

— Держи, — он достал из кармана швейцарский нож и открыл лезвие. — Выбери себе одну и перережь веревку. Только будь осторожна.

— Хорошо!

Она опасливо приняла у него нож и направилась к куклам, где принялась с великим тщанием рассматривать потрепанные экспонаты.

— Не могу поверить, что кто-то… убил его вот так, — тихо произнесла Елизавета, хотя Роза ни за что не смогла бы услышать ее за шумом ветра и дождя. — Нитро считает, это дело рук серийного убийцы. Ты тоже так думаешь?

Зед кивнул.

— Люсинда точно не стала бы вырезать ему глаза. Как и похитители.

— Похитители?

Зед вкратце пересказал теорию, выдвинутую ранее Нитро.

— Ты прав, — сказала она. — Ни Люсинде, ни похитителям незачем было это делать. И все же… серийный убийца!

— Вспомни все эти фильмы-сериалы, где какой-нибудь маньяк вешает на стену фотографии жертв. У всех вырезаны глаза.

— Это другое дело, Зед. Это фильмы.

— Но они, скорее всего, основаны на реальных событиях, — возразил он. — И потом, для этого даже есть научный термин. «Дегуманизация», или что-то в этом роде. Глаза — это окна души, правильно? Или личности человека, скорее. Маньяки вырезают глаза, чтобы жертвы перестали казаться людьми. Так их становится проще убивать.

Елизавета обдумала это и спросила:

— Знаешь, что об этом думает Пита?

— Что за убийством стоит призрак?

Елизавета кивнула.

— Она… как это называется… вышла из себя? Совсем потеряла самообладание. Даже цитировала Иисуса… который из Назарета. Я всегда знала, что Пита религиозна, но не до такой же степени.

— Вопрос воспитания. Все их семейство — супернабожные люди. Ведь и Хесуса назвали в честь Иисуса, в конце концов.

— Но Хесуса не назовешь истовым христианином…