Книга Лондон – лучший город Америки, страница 58 – Лора Дейв

— Правда, удивительно? Он знает тебя почти с рождения. Ты для него как член семьи.

Сегодня Мэтт снова предложил мне жить с ним одной жизнью.

— Не знаю, о чем ты, – заявила я, не глядя на Джоша.

— Да? А я знаю. Эмми, сколько можно? Ты ведь и своих рыбачек расспрашиваешь о том же. Хочешь выяснить, как им это удается!

— Что удается?

— «Дождаться любимого»! Ты сидишь там и ждешь, пока Мэтт за тобой вернется.

Я с трудом выдержала его взгляд. Мне хотелось заявить ему, что я все-таки дождалась, но засквозило подозрение, что Джош и так знает. Тогда он видит что-то, чего не вижу я? Что я отказываюсь понять?

— Ты даже не пытаешься понять, – заявил брат. – Ты не представляешь, через что я сейчас прохожу.

— Может быть.

Может быть, я не самая заботливая сестра, но мне надоело спорить. Достаточно, что из-за этого я поссорилась с Бэррингером. Вспомнились его слова, и я постаралась переключиться на что-то другое: я не хотела признавать, что его мнение для меня так важно. И что мне не понравилось, что он с Селией.

С другой стороны, мне надоело выяснять, что же Джош намерен делать. Он ничего не намерен делать. Так и будет сомневаться, пока за него не примут решение другие. Он выбирает путь наименьшего сопротивления, если это можно назвать выбором.

— Эмми, почему ты злишься? Разве не видишь, что мне плохо? Я хочу поступить правильно, но не знаю как. Неужели ты совсем не понимаешь?

Я покачала головой. Разве я могла сказать ему то, что думаю на самом деле? Что в душе он знает, чем все закончится, но тянет до конца, не хочет никого огорчать, хочет, чтобы все были довольны.

Я была уверена, что он женится на Мерил. Иначе давно уже что-то сделал бы.

— Джош, знаешь, чего я не понимаю? Что в тебе такого? Что в тебе такого особенного, что обе женщины все равно хотят быть с тобой?

Джош наклонился вперед, и на секунду мне показалось, что он замахнется и сметет свечу на пол – а он в жизни меня не тронул, даже когда мы были маленькими.

— Хочешь, раскрою страшную тайну? – процедил он. – Я – никто, во мне нет ничего особенного, и рано или поздно они сами в этом убедятся. Они обе лучше меня. Я их не заслуживаю.

Я наклонилась к нему и прошипела:

— Так заслужи.

Мы сцепились взглядами, но больше Джош ничего не сказал. Он не сказал, что решил не жениться. Не сказал, что верность важнее любви, даже если это значит, что ты боишься перемен и не можешь быть честным с самим собой.

Он ничего мне не ответил хотя бы потому, что в этот момент из мрака материализовался профессор Мойниган-Ричардс. Все еще в костюме, в руках – пакет лекарств.

Джош вскочил и поправил галстук.

— Профессор Ричардс! Я не знал, что вы здесь.

— Это я понял, – ответил тот и ушел.

Джош так и остался стоять, по-видимому, решая, бежать ли за профессором. А что Джош мог ему сказать, даже если бы догнал его, даже если бы тот согласился слушать? «Сэр, я правда люблю вашу дочь, просто еще не определился, хочу ли провести с ней остаток жизни или стоит найти кого-то получше».

— Джош, я не знала, что он там. Как думаешь, он нас слышал?

— Думаю, твои вопли было сложно не услышать. Охренеть.

Джош сел и потянул на себя скатерть. Со стола посыпались свеча, цветы, вилка, чаша с влажными салфетками.

— Послушай, он не знает, о чем мы говорили. Можно что-то придумать.