Книга Мое простое счастье, страница 25 – Лора Дейв

— Я скоро уезжаю, – сказал он, – пора возвращаться на Восток.

— Когда?

— На следующей неделе – я ведь уже говорил.

Да, говорил, но о его отъезде я старалась не вспоминать. Казалось, что до января еще далеко – это же следующий год! Кто знает, где я буду в январе? Мне не хотелось думать о будущем. Мне вообще не хотелось думать.

Мы опять сидели в баре после закрытия, через два табурета от того места, где сидели той, первой ночью. От того места, где все началось. Говорят, круг непременно замыкается. По-моему, это не вполне верно. Круг не замыкается, а выходит на новый виток. Ты приближаешься почти вплотную к исходной точке, но видишь, что слегка продвинулся вперед, ведь прошло время и что-то изменилось. В пространстве мы переместились лишь на два табурета, и я видела со стороны, как я прежняя сижу в задравшемся на коленях платье и, сама того не зная, уже готовлюсь ко всему, что произойдет потом.

— А теперь самое трудное, – продолжил Гриффин. – Надо решить, что нам с этим делать.

— Что делать? – переспросила я. – А что тут поделаешь?

— Я бы остался. Остался, пока не станет ясно, к чему все идет. Но мне пора возвращаться домой. Вообще-то, я уже должен быть там. Появилась возможность купить здание и открыть свой ресторан. Как раз о таком я и мечтал – недалеко от главной улицы, рядом с церковью и книжным магазином. – Гриффин принялся чертить в воздухе план. – Это мой шанс. А ты ведь можешь писать статьи где угодно, правда?

— Нет, не могу.

— Почему?

Я ни словом не обмолвилась о Нике с тех пор, как рассказала Гриффину о лучшем и худшем воспоминании. Немалое достижение, если задуматься. Но сейчас я пожалела, что не объяснила ему раньше. Не могла я все бросить и последовать за ним. Один раз я уже отправилась на другой конец страны вместе с Ником, ну и к чему это привело? Я не собиралась снова переезжать только потому, что Гриффин меня попросил.

И тут, словно прочтя мои мысли, Гриффин совершил нечто такое, чего я никак не ожидала – опустился передо мной на одно колено.

— Что ты делаешь?! – воскликнула я.

Следующее слово мы произнесли хором:

— Ненормальный!

Иногда даже не подозреваешь, что ждала чего-то всю жизнь, пока оно не происходит на самом деле.

— Просто я знаю, что нам суждено быть вместе, – понял в ту самую минуту, как ты вошла сюда в этом своем платье… Не могу объяснить почему. А даже если бы мог, все равно не стал бы объяснять.

Гриффин был прав, и одна часть меня с ним соглашалась, хотя другая понимала, что это безумие.

— Я дам тебе время, если нужно. Я дам тебе все, что захочешь. Но, по-моему, не надо бояться: начнем новую жизнь прямо здесь и сейчас.

Слова сорвались у меня с языка прежде, чем я успела их обдумать. Позже, когда произошло все, что произошло, я спрашивала себя: «Может, было суждено, чтобы это случилось именно так?»

— Я не могу, – проговорила я.

Гриффин изменился в лице, и что-то у меня в животе перевернулось. Еще никогда я не испытывала ничего подобного: я словно причиняла боль самой себе и видела по его лицу, как это выглядит со стороны. Как выглядит со стороны, когда мы повинуемся страху и нерешительности. И пусть мы называем и то и другое благоразумием, в итоге они все равно приносят больше вреда, чем попытка совершить нечто смелое и грандиозное.