Книга Хозяин тайги. Мне (не) нужна твоя любовь, страница 2 – Ксения Вебер

Впереди появилась небольшая развилка на две такие же узкие дороги. Мельком глянула на телефон, который лежит на пассажирском, но экран ответил мне таким же значком, что и до этого: « Нет сигнала сети!».

Вернув взгляд на дорогу, успела только охнуть и резко выжать тормоз, когда машину занесло на колее. Мои бесполезные попытки остановить автомобиль и вырулить из заноса увенчались полным фиаско. Долбанувшись лбом об руль, я зажмурилась и поморщилась от сдавливающей боли в груди от ремня.

Меня порадовало в этот момент только одно — машина стоит. Но открыв глаза, я сматерилась и долбанула руками по рулю.

— Настя, ну, ёпа мать! — шумно выдохнула, пытаясь не разреветься от досады.

Отстегнулась и отталкивая снег от двери, кое-как выползла наружу, тут же утопая по колено в этом же снегу.

— Ну, вообще прекрасно! — отчаянно выпалила, разглядывая в какую жопу я заехала.

Осмотрелась. Вокруг только снег ( опять же! А куда тут без него!) и ёлки.

— Супер! — голос сорвался, и я всхлипнула.

Утирая слезы холодными руками, я пыталась удержать истерику, но мой мозг подкидывал не утешающие факты.

« Одна, в снегу, машина застряла, бензина не так много, связи нет...Все! Это конечная!»

Надежда в душе мерцает все слабее, сменяясь беспросветным отчаянием, и даже мой стальной характер сейчас дает осечку.

Прикрыла глаза и глубоко вдохнула, медленно выдохнула. Собралась с мыслями и уже вытащила из машины свой рюкзак с документами, варежки и телефон, когда за спиной, где-то чуть вдалеке услышала протяжный волчий вой.

«Ну, все Настенька, теперь ты точно допрыгалась...»

Настя

Резко выпрямилась и выпучила глаза с вещами в руках.

«Бежать! Срочно бежать!»

Сработал инстинкт выживания, прежде чем включился мозг. И я рванула, а потом опомнилась, вернулась, вытащила ключи, пикнула сигналкой, запихивая связку с брелоком в карман, и снова рванула в противоположную сторону от ужасающих звуков приближающейся смерти.

Рванула — это, конечно, громко сказано. Мой отчаянный бег больше похож на перемещение беременной коровы по болоту, но тем не менее, быть съеденной перспектива совсем не радовала. Поэтому пробираюсь по сугробам изо всех сил.

В какой-то момент накрыло отчаяние. Вой приближается, стало темнеть, а силы совсем покинули, не прибавляло оптимизма еще и то, что близкие не знают, где я, редактор отказался от меня, а я совершенно не понимаю, куда иду.

Закусив губу, заскулила от досады и упала спиной в снег, морщась от того, что рюкзак чем-то больно кольнул. Глядя в темнеющее небо, беззвучно рыдаю и жалею себя. Как последняя слабачка. А что еще остается делать?!

Мороз стал крепчать, щипая мокрое от слез лицо, а холод от снега, в котором я лежу, теперь чувствуется даже через одежду.

Отчаяние сменилось на отупение и неожиданно открылся какой-то внутренний резерв. Слезы вдруг кончились, а на смену им пришла злость. Мне уже даже не страшно, просто это чувство растворилось. Оторвала себя от мягкого сугроба. Поднялась сначала на колени, а потом глянула в сторону волчьего воя и показала фак в пустоту прямо в варежке. Мне даже как будто стало легче от этого. Развернулась и поползла дальше, яростно расталкивая снег ногами.

В кармане пиликнул телефон, несмотря на громкое пыхтение и сопения, я уловила звук уведомления и замерла, дрожащими руками вытаскивая гаджет из куртки. Сняла варежку и разблокировала экран. Спасительная маленькая палочка загорелась на значке сети, и я рванула вперед, поднимая телефон еще выше в надежде, что выбранный маршрут приведет к долгожданному интернету или хотя бы даст возможность позвонить. Но увы, палочка тут же потухла и вместо нее снова загорелся крестик.