Книга Василиск - сын Горыныча часть 1, страница 20 – Тимур Машуков

Обхватив ее бедра, я двигался как секс-машина, приближая оргазм. Который вот-вот…

— Я сейчас кончу!.. — прохрипела она.

— Значит, пора, — так же хрипло ответил я, ускорился…

И в последний момент, когда оргазм накрыл нас, аж приподнял ее на пару сантиметров от пола, с силой засадив на всю глубину. Кончил так, что, казалось, звезды увидел, а про нее так и говорить нечего — заорала, будто я ее живой ел. Миг, и мы рухнули на койку, тяжело дыша.

— Это… это… это… У меня так никогда не было! — простонала она, дрожа всем телом.

— Мне тоже очень понравилось, –потрепал я ее за сиську. Упругую, манящую.

Может, еще разик или пару-тройку? Выносливость-то у меня никуда не делась — мне одного раза мало.

— Немедленно откройте! Это Надзорное ведомство! –забарабанили в дверь. — Мы слышали крики! Василий Васильевич, подайте голос. У вас все хорошо? Если вы не ответите, мы врываемся!!!

— Со мной все хорошо! — проорал я, начав спешно одеваться. Ну как одеваться — штаны с трусами натянул. Майка-то порвалась. — Не входите, я стесняюсь!

— Да-да, — отозвалась пришедшая в себя лекарка. — Буквально минуту и я закончу.

Кстати, такой вот парадокс — как ее зовут, я не знал, такой информации в памяти не было. Для Васьки они все были безликие — директриса, лекарка, повариха, училки. Имена он их не запоминал. Идиот он был — такую телку пропустил! А ведь мог спокойно себе трахать и горя не знать. Так нет, стеснялся, больше доверяя руке, чем смачной заднице. От этого и помер.

Так что я ответственно заявляю — дрочка может привести к смерти. Доказанный факт.

Привели себя в порядок — я лег на койку и прикрылся простыней, а эта пошла открывать. И к нам тут же ворвались три дамы насквозь казенной наружности. Бесцеремонно сорвали с меня простынь и с заметным возмущением уставились на все еще красноватый шрам. Но это фигня — у всех мужиков есть врожденная регенерация, в отличии от баб, у которых ее нет. Не шибко сильная — ногу или руку там отрастить не получится. Ну, или получится, но через пару лет. А вот небольшие раны зарастают быстро и исчезают без следа. Кстати, мы поэтому и не болеем — иммунитет абсолютный к любым вирусам и бактериям. У баб такого нет.

Одна из ворвавшихся бесцеремонно меня ощупала, зачем-то перевернула на живот и ощупала там. Я уже было собрался возмутиться, когда меня перевернули обратно и просканировали магией.

— Повреждений нет. Хорошая работа, — подвела итог одна из них. — Вы вовремя появились.

— Это мой долг, — лекарка довольно кивнула, при этом блестя глазами.

— Вы поедете с нами, господин Васькин, для дачи показаний. Или, если хотите, можем поговорить здесь.

— Нет, я поеду. Надоело сидеть в четырех стенах. Но есть хочется. Сильно.

— Это из-за лечения, — кивнула вторая дама. — Мы вас обязательно накормим.

— Мясом?

— Сколько угодно.

— Тогда мне надо переодеться, и я готов.

— Ждем вас у выхода, — синхронно кивнули все три и пошли к двери.

На ходу одна бросила лекарке: «Сучка». А та ехидно улыбнулась.

Ну да, они ж не дуры и, конечно же, поняли, что за звуки тут раздавались. Но предъявить нечего — все добровольно. Кому, как не им, знать, что после лечения гормоны у мужиков начинают сходить с ума. Да и статистика не врет — самый большой процент беременностей именно у практикующих лекарей, которые работают с мужчинами. Правда, этой ничего не обломится — пока становиться папой я не собирался. Ну, может, лет через триста, не раньше.