Книга Василиск - сын Горыныча часть 1, страница 61 – Тимур Машуков

Телефон я, увы, забыл в поместье, значит, надо его у кого-нибудь отобрать и позвонить нашим. Стукнул себя дубинкой по голове, что не догадался обыскать вторую даму — вдруг у нее он был? Но поздно, да и возвращаться — плохая примета.

От удара голова прояснилась, план сформировался, жопа напряглась. Да и вообще все напряглось, потому как сразу захотелось есть. Не хочу больше похищаться! Кормят плохо, секса нет — что за времена и нравы⁈

Так вот и шел, по пути дергая ручки всех встречающихся дверей — все было заперто. Целый этаж, полный закрытых дверей — что за дела-то? Как мне творить зло, если все добро под замком сидит, я вас спрашиваю? Но для умного ящера такое не проблема.

Выбрал дверь побогаче — я в душе такой эстет! — и принялся колдовать над замком. Пустил в него струйку максимально сжатого воздуха и туда-сюда, он и щёлкнул. Рвать и драть! Мы, ящеры, самые лучшие взломщики в мире, если кто не знал. Талантов наших не счесть, за что я в свое время состоял на особом учете Адского уголовного розыска. Ну да, было там пару раз — сходили на дело, обнесли парочку архидемонов… Но не суть.

Дверь открылась, я нырнул внутрь. Закрыл ее за собой и огляделся. Вполне себе приличные покои — темно, но для меня-то тьма вообще не помеха. Я в ней лучше, чем днем вижу. И вижу я, что на большой кровати лежит голое женское тело, притягивающее глаз формами и содержанием. Аж по рукам себе пришлось дать — а то они к ней уже потянулись. По ногам, значит, тоже — не время для разврата.

Нет, этой фразы вообще не должно существовать в моей жизни, потому что для него время должно быть всегда! Но увы.

Пустив слезу и глубоко вздохнув, я с трудом оторвался от приятного зрелища и пошел на цыпочках к окну, мысленно кинув монетку — если оно без решетки, тогда я быстро оприходую дамочку и свалю. Если с решеткой — тогда не оприходую. Повозиться придется, чтоб разрушить металл и при этом чтоб тревога не поднялась. А это время.

Увы — откинув тяжелые портьеры, я обречённо осознал, что не судьба. Ну, в смысле, увидел решетки. Нет, этот мир точно настроен против меня — мама, забери меня обратно, я уже сильно злой!

Что ж, делать нечего — волю в кулак, руки на решетки — и пошла магия. Великая, могучая и смертельно опасная. В общем, я их банально пилил эфиром земли, решив, что так будет проще, а воздухом гасил все звуки. Никакой магической защиты на них не было, поэтому можно было работать спокойно.

— Это дело я люблю, это дело я люблю и всех на свете я пилю, –тихонько напевал я любимую песню бати, которую он посвятил маме.

Решетки оказались толстыми и не хотели хорошо пилиться — пришлось добавить огонька. С ним пошло веселей. Так увлекся, что забыл контролировать тыл — он у меня как бы сам по себе и имеет встроенную сигнализацию, именуемую в простонародье «Жопная чуйка». И вот она почему-то не сработала — то ли сломалась, то ли угрозы не почуяла — бракованная, наверное.

— А ты чего тут делаешь? — раздался нежный голосок, отчего моя концентрация рухнула и пила сломалась.

Язык мне не был знаком, но я сразу переключился. У существ с Верхнего и Нижнего плана языковых барьеров в принципе не существует. Приходя в мир смертных, мы автоматически считываем информацию о нем — места силы, эфирные потоки, ну, и языки, так как они заложены в информационном поле. Королева и похитительница говорили при мне на русском, а вот эта фиг пойми на каком. Но я понял и даже легко ответил: