Книга Кровавая жатва, страница 180 – Никита Кита

Фёдор тут же направил в данные прорехи в заборе своих аквалазутчиков. Помимо этого, он оказался заинтригован затопленным рвом перед фронтальной частью стены. По нему пиявка могла проплыть аж к дальнему концу оборонной линии и лучше понять геометрию фортификационного сооружения.

В защитную канаву мыслительный центр заслал ещё одного червя, хоть в этом и имелась своя опасность. Над рядом заострённых зубьев изгороди курсировали головы патрулирующих стражников. На целый километр стены таких было всего двое, но они вполне могли увидеть проплывающую по рву пиявку.

Последним аргументом, помогшим Фёдору решиться, стало состояние воды в защитном канале. Там она оказалась настолько грязной, застоенной и зазеленевшей, что гуманоиды вряд ли разглядят в ней что-либо…

Плывя по траншее под частоколом, подконтрольный организм отмечал, что вода в ней действительно полна самых разных нечистот и помоев: говно, моча, гниющие плоды, разлагающееся мясо, какие-то останки, кости и всё то мерзкое, что могли выкидывать плюющие на экологию средневековые обыватели. Не хватало разве что тампонов, шприцов и окурков, ведь бокаты их ещё не изобрели. Фёдор бы не удивился, найди он здесь чей-то труп, однако, проплыв весь путь от начала и до конца, мертвецов он не обнаружил. Наверное у местных просто не нашлось ублюдка достойного подобной участи, а так бы они с радостью…

Проплывая в ста метрах от воротного моста, пиявка заметила на склоне рва плоский лохматый хвост крокодила. Необычное место он выбрал для охоты. Ну или просто, чтобы погреться на солнышке… В любом случае, стражники его не прогоняли, хотя могли прямо со стены стрельнуть из лука или бросить копьё. Фёдор же вовремя заметил угрозу, замер и продрейфовал мимо по инерции.

В конце оборонительного рва мыслительный центр совершенно неожиданно для себя выплыл в другую большую реку, которая протекала вплотную к поселению с другой стороны.

«Вот те на!» — удивился человек. Получалось, что защитный канал являлся протокой, соединяющей два соседствующих русла. Посёлок же за стеной располагался, как раз, в междуречье. И заворачивала оборонительная линия не из-за какой-то складки местности, а из-за целой реки!

«А ведь это то, что мы искали…» — осознал Фёдор — «Судя по ширине русла и направлению течения, это должна быть та самая река, что пролегает через столицу. Ну либо, это третья артерия, и она ещё как-то связана с городской. Блин, нужно было взять с собой хотя бы одну осу и осматривать всё с высоты. Так стало бы чуть проще ориентироваться на обширных пространствах…»

Тем временем, остальные разведчики осматривали ту часть стены, которая по какой-то причине была выстроена в воде. Первый же червь проплывший через частокол получил ответы на все интригующие вопросы. Оказалось за водной изгородью, на побережье располагалась бухта с причалом для крупных судов. Именно её и закрывал от основного потока ряд вбитых в дно брёвен.

Вход в деревянную гавань перекрывали толстые цепи, которые, впрочем, ничуть не мешали заходу кровососов Роя. За частоколом был сооружён боевой ход в виде помостов на сваях. Данная конструкция служила одновременно и дополнительным каркасом, скрепляющим стену, и площадкой, по которой над водой могли передвигаться стражи бухты. За причалом сразу начиналась одноэтажная сельская застройка и торчал простенький погрузочный кран. На стоянке у пристани стояло два лёгких, плоскодонных парусника на двенадцать и двадцать пассажиромест.