Книга Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы, страница 134 – Алиса Рудницкая, Фата Моргана

— А? — озадаченно потерла я глаза. — Вы мне точно не снитесь?

— Точно, — вздохнул Лаур. — Это ты мне снишься.

— Тогда у нас общий бредовый сон, — сказал Истар, чуть болезненно поморщившись. — Сам не верю, что я здесь и выкарабкался как-то.

Я безнадежно улыбнулась и закрыла глаза снова.

— Бредовый, но прекрасный сон, — заметила я. — Самый лучший сон на свете, где все остались живы.

Истар хмыкнул, а потом неожиданно потеснил меня и забрался под бок, расположившись на гамаке справа от меня. Немного помешкав, Лаур вздохнул… и влез под второй бок. Я замерла, придавленная с двух сторон красивыми стройными телами. Лаур уложил свою голову мне на плечо, Истар уткнулся носом в мою шею и закинул на меня ногу. Что до меня, я просто нашла их головы и с удовольствием запустила пальцы под волосы.

— Я так рада, что вы оба в порядке, — со вздохом облегчения заметила я. — Но, как так вышло, что вы пришли вместе?

— Мф… — как-то слегка обиженно буркнул Истар.

— Ее величество Мелуария привезла меня в Тиар’Мелин буквально три часа назад, — пояснил Лаур. — Так как я оказался в городе, то решил на всякий случай сходить в храм ночи и проверить, как там Истар. И обнаружил, что он проснулся и сидит, трусит.

— Я не трусил, — пробурчал Истар. — Я собирался с духом.

Я повернулась к нему, и вампир виновато отвел глаза.

— Я приму любое наказание, — сказал он. — Я… то, что было… это…

— Тебя опоили, дурак ты совестливый, — закатила я глаза. — Я тебя не боюсь, понял? И я все еще против того, чтобы ты пил чью-либо кровь, кроме моей.

Истар не сдержал нервной, виноватой улыбки. Он явно испытал от моих слов сильное облегчение. Я порадовалась, что с ним, в целом, все в порядке, хотя и выглядел он вялым. Чуть повозившись, я заставила его приподнять голову и подарила поцелуй кленовому листочку на его шее. Истар потерся носом о мои волосы, потянув носом запах.

Закончив с ним, я повернулась ко второму своему несчастью и принялась более активно гладить белоснежные длинные волосы.

— Лаур, — позвала я, — а у тебя как все прошло?

Эльф только очень тяжело вздохнул.

— Если бы ты не вправила мне мозги еще до того, как все это случилось, я бы всего этого не выдержал, — честно признался он. — Это было ужасно, Аэ.

— Еще бы, — хмыкнула я. — Давать показания против собственного родителя, еще и единственного, это ужасно.

— Я не понадобился, — хмыкнул Лаур. — Отец сам во всем сознался. Следователи подсчитали, что на его счету, в общей сложности, семь трупов, и еще почти двадцать эльфов из Тиар’Эльна, набравшись смелости, пришли обвинить его в шантаже и запугивании.

Он горько усмехнулся.

— Забавно было узнать, что я далеко не всего добился сам, а отец буквально пропихнул меня на место посла через пару трупов.

— Выходит, того мальчика тоже он убил? — спросила я.

— Что странно, нет, — покачал головой Лаур, которому я еще на этапе планирования всего этого рассказала эту историю. — Дознаватели спрашивали, но он сказал, что скорей бы убился, чем помог мне жениться на тебе, Аэ. А вот Ветту… Ветта и правда на его совести.

— Просто скажи, что ему досталось по заслугам, — фыркнул Истар. — Я знаю, это твой отец, Лаур, но, надеюсь, ты не чувствуешь себя подонком из-за того, что мы сделали? Он — маньяк проклятый!