Книга Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы, страница 140 – Алиса Рудницкая, Фата Моргана

И это сработало.

— Да, я читала, — кивнула я. — Именно потому и спрашиваю. Если возраст будет снижен, не приведет ли это к возвращению плохих времен?

— Не думаю, что именно проклятье принесло нам покой и мир, — вздохнула матушка, откусив кусочек засахаренного яблока. — Скорее уж повышение общей порядочности населения, хорошее образование, внедрение четкого свода правил и прививание крепкой морали. Но я лично считаю, что тридцать — это тот возраст, когда девочкам уже пора становиться девушками. И ты, Аэ, мне это доказала.

— Я? — озадачилась я. — А я-то здесь причем?

— Так тебе психологически куда меньше лет, чем нашим фрейлинам, — напомнила мне мама. — И твой разум куда более гибок. Девочки, вступая во взрослую жизнь, переживают сильную психологическую ломку и очень тяжело привыкают к новому порядку вещей. Детское поведение становится очень крепкой привычкой, которая потом тяжело вытравливается и приносит массу проблем. Нет… с этим надо определенно что-то делать.

Она снова отпила сока и подтолкнула ко мне. Я тоже налила и отпила, дума я своем.

— Мам, — обронила я, — я… не думаю, что у меня есть право что-либо менять в этом мире. Честно. Он прекрасен как по мне. Даже если я вижу в нем недостатки, я недостаточно уверена в своих суждениях, чтобы браться за столь рисковое дело.

— А зря, — хитро улыбнулась мне матушка.

Я подняла на нее глаза и получила полный нежности взгляд.

— Ты уже начала менять наше общество, — сказала она. — В лучшую сторону, надо сказать.

Я опешила… а потом призадумалась.

Ну да. Сад для маргариток придумала я. И я обвенчалась в храме луны с Истаром.

— Но разве это не другое? — озадачилась я. — Это ведь какие-то… ну не знаю, мелочи? Просто приятные мне прихоти? Разве нет?

— На таких мелочах и стоит история, — улыбнулась мне матушка.

Она поставила стакан на поднос и с кивком заявила.

— Более чем уверена, что ты займешь пост советницы при Мелуарии через лет сто, сто пятьдесят.

— Это не скоро, — улыбнулась я.

— Достаточно, чтобы наше общество стало твоим окончательно, — кивнула матушка. — А теперь — в недра земные к червям все эти тяжелые, политические разговоры.

Она подсела ко мне вплотную и, хихикнув, потыкала в ребра.

— А теперь рассказывай мне, как ты развлекалась с Лауром, маленькая волчица. Я хочу знать абсолютно все!

— Но мама! — дурашливо поиграла бровями я. — Это неприлично.

— А если я пообещаю научить тебя парочке личных приемов? — подмигнула мне матушка.

— Отлично, — со смешком кивнула я. — Слушай, сейчас все расскажу.

А дальше было только расслабляющее веселье. Мы полежали во всех бассейнах, что имелись в наличии. И в бассейне с кувшинками, вода в котором пахла эфирными маслами и улучшала здоровье. И в бассейне с рыбками, которые поедали омертвевшие клетки кожи. И даже в бассейне со светящейся жидкостью, которая, по словам матери, хорошо помогала разогнать дремавшую в моем новом теле магию. Я поотдыхала с мамой, потом — с парнями, которые фыркали друг на друга и беззлобно переругивались, потом поиграла с девочками в мяч.

Вместе с грязью и старой кожей из тела утекали усталость и беспокойство.

Сначала Истар перестал дергаться и сравнительно спокойно поел, попросив осторожно Лаура за ним присмотреть на всякий случай. Поняв, что не сойдет с ума и не выпьет из меня всю кровь, вампир с облегчением выдохнул.