Книга Заноза для Ромашова, страница 150 – Маргарита Светлова

— А конкретнее?

— Это уже Диана тебе сама расскажет, если захочет. Я не имею права. Просто поверь мне: девочка хорошая, домашняя, но себя в обиду не даст. Я, грешным делом, хотела её к рукам прибрать, когда узнала, что ты, княгиня, нос от неё воротишь. Но после последних событий поняла, что ты не просто так на неё взъелась. Вот и пришла узнать, что за шлея тебе под хвост попала. И, как выяснилось, не зря.

Мы замолчали.

— Ты представляешь, она беременная была, а я её, представляешь, выгнала.

— После того, чего тебе наговорила Ирина, я бы, наверное, точно так же поступила. Ладно, одевайся, пойдём.

— Куда?

— Решать твою проблему. Антона как раз дома нет, а с Дианой проблем не возникнет.

— Ты думаешь, стоит? Мне сын запретил в его доме появляться.

— Ну, тебе запретил, а мне нет. Пошли, пора покаяться перед Дианой, а она потом твоего обработает, и вы с Антоном помиритесь.

— Люб, спасибо. — Встала, и глаза защипало от слёз.

— Да брось, не нужно благодарностей. Мы с тобой уже много лет дружим. Я своих в беде не оставляю. Даже если они чудят.

Я собралась быстро, всё время прокручивая в голове, что сказать Диане. С этими мыслями мы подъехали к дому сына. Стоило нам подойти к подъезду, у меня началась сильная аритмия, в голове зашумело, давление явно на нервах поднялось. Люба посмотрела на меня и, качая головой, произнесла:

— Сейчас зайдём домой. Я тебе успокоительных накапаю, а то не хватало тебе ещё в больничку загреметь. Всё, взяла себя в руки и ничего не бойся.

Глава 57

Диана

Я сидела на кухне, пила чай и смотрела в окно, чувствуя, как внутри разливается странное спокойствие. Впервые за долгое время я могла просто жить, не боясь, что в любой момент что-то рухнет.

Антон, узнав, что я в положении, стал очень трепетно ко мне относиться. Я постоянно млею от его ласкающего взгляда. Хотя была и проблема: он в первый вечер наотрез отказался от близости, боялся навредить малышу. Это было мило… Но и напрягало. Утром я потащила его в больницу, там врач его успокоил. Сейчас мы старались как можно больше быть вместе. Мой Терминатор часто подходил ко мне, обнимал и замирал на миг. Наверное, действительно тогда за меня испугался. А ещё он стал более многословен, я столько ласковых слов ни от кого не слышала.

Единственное, что огорчало, — он так и не простил свою маму. Да, она поступила плохо, но ведь она пыталась защитить своего ребёнка от злодейки, которую из меня сделала Ирка. Если честно, я её даже и не осуждаю. И хочу, чтобы Антон тоже простил: мама всё-таки. Потеряв своих родителей, я поняла, что не стоит тратить время на обиды. Увы, мы не вечны.

Я вновь сделала глоток чая и прикрыла глаза от удовольствия. Но неожиданно раздался звонок в дверь, прервав мой релакс.

Решив, что это муж сегодня раньше вернулся с работы, пошла встречать любимого. Открыла дверь и обомлела: на пороге стояла мать Антона. Бледная, с покрасневшими глазами. Она сжимала в руках платок, и я видела, как дрожат её пальцы. А рядом — Любовь Валерьевна.

Ого, и что бы это значило?

— Привет, дочка. Мы каяться пришли… — произнесла она и буквально впихнула в квартиру свекровь, а следом и сама вошла. Я чудом успела отскочить.

— Вы? — ошарашенно уставилась я на них.

— Вернее, я пришла прощения просить, а Люба — в качестве поддержки, — ответила мама Антона, и её голос дрожал, сразу видно — сильно переживает. — Я была неправа. Я наговорила тебе ужасные вещи, выгнала из дома… Я… Я не знала правды. Поверила лжи этой гадюки. И я причинила тебе боль. Прости меня, пожалуйста, если сможешь.