Книга Ловелас для брюнетки, страница 136 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

— Я дома! – слышу родной голос из коридора, а девочка вскакивает с кровати.

— Ма, папа пришел! – и с криком, полным восторга, наша дочь бежит встречать Рому.

Я смотрю на эту идиллию и не могу поверить своему счастью.

Если бы год назад семейство аферистов Гончаровых не устроили нам с парнем романтический отдых на Мальдивах и мы не выяснили отношения раз и навсегда, то этого могло бы и не быть. Только благодаря тому, что бежать было некуда, да если честно, и не хотелось особо, мы с Ромой помирились, правда, пришлось затыкать уши от воплей Валевского.

— Ничего не хочешь мне сказать? – он неожиданно задал вопрос, когда мы лежали в постели после нашего бурного и страстного примирения, уставшие, но абсолютно счастливые.

— О чем? – я немного удивилась, так как еще пару часов назад он утверждал, что устал после перелета и безумно хочет спать, а тут вдруг его на разговоры потянуло.

Странно и очень неожиданно – что же такое я должна поведать Роме?

— Например, – он повернул голову в мою сторону и, внимательно глядя мне в глаза, уточнил: – В чем я тебя не понимаю. И мои родители, кстати, тоже.

Я молчала и не знала, что сказать, хотя по глазам становилось понятно – он ждет ответа. Молчаливая пауза напрягала. Не то чтобы очень, но недопонимание и недосказанность давили на голову, в которой сейчас творился полный сумбур.

«Расскажи ему», – командовал внутренний голос тоном, не терпящим возражения.

«Не поймет», – вторило ему шестое чувство или интуиция, однако не так настойчиво, даже, сказала бы, слишком робко.

«Поймет, поймет», – еще какой-то писклявый голос отозвался, чем вызвал во мне волну раздражения.

«А ну, заткнулись все! Столько времени молчали, когда я так нуждалась в совете, а теперь неожиданно ожили. Без вас разберусь!»

Если бы кто-то посторонний смог услышать мой мысленный разговор со стороны, точно бы сдал меня в дурку.

— В чем разберешься? – Рома приподнял одну бровь, а я лишь издала стон, понимая, что последнюю фразу произнесла вслух.

— Дело в том, что я… – запнулась, так как до сих пор боялась поделиться наболевшим с Валевским.

Тем, о чём уже больше года отчаянно мечтаю.

Да, я хочу усыновить ребенка. Чужую девочку. Но как же правильно выразить свои мысли?

Мне очень страшно – вдруг он меня не поймет!

Однако тёплая улыбка и слегка прищуренные глаза парня сделали свое дело. И я решилась.

— Ну же, смелее, – произнес Рома доверительным тоном, словно подбадривая, а его взгляд изменился. В нём вдруг появились искры веселья, а я немного опешила, теряя на ходу свою недавнюю смелость.

Что-то не срастается – вряд ли он…

— Ты все знаешь, – пришла я к вполне логическому заключению, на что Валевский лишь растянулся в улыбке на все свои тридцать два зуба. – Ну, птичка, балаболка.

— Перед обаянием Захара еще никто не устоял, – Рома взялся снова ехидничать, на что я в ответ немного вспылила.

Резко вскочила с кровати, на пару секунд забыв, что я без одежды, а когда осознала, у меня непроизвольно вырвалось только единственное слово:

— Ой!

Попыталась прикрыть хотя бы грудь руками, однако в ответ услышала лишь приглушённый смех парня.

— Голубева, ты неисправима, – мой спутник прикрыл глаза, пока я доставала из шкафа нижнее белье и в скором темпе натягивала его на своё разгоряченное тело.