Книга Ловелас для брюнетки, страница 59 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

Вот и я уже не могу думать ни о ком другом, но и Карину представить рядом с собой сложно. Практически нереально. Да это бред самый натуральный!

Хотя, если вспомнить, как я засыпал рядом с ней – свои ощущения, желания, а потом утро, наш поцелуй, то…

POV Карина

«Я позвоню» – всплывают в памяти слова Ромы, когда за ним закрывается дверь в спальню. А я продолжаю стоять на месте, все еще пребывая под впечатлением от столь внезапного поцелуя.

Это просто какое-то наваждение, как я могла позволить подобному случиться? Наверное, всему виной мои страхи, другого объяснения найти своему поступку не могу. А он каков – я вчера перенервничала, дала слабину, а павлин тут же хвост распушил и полез целоваться, воспользовавшись моим временным помутнением разума. Позвонит он, как же – ничего глупее ляпнуть напоследок не смог?

Хотя, что с него взять – балабол, раздолбай, выпендрежник и бабник. Можно еще несколько эпитетов придумать, но и четырех достаточно. Хотя, «бабники» нынче не в моде – куда чаще таких, как Валевский, называют иностранными словами типа «Казанова» или «ловелас». До первого ему, конечно же, далеко, а вот со вторым, что называется, в яблочко! Вот и будем следовать моде, чтобы не считали меня отсталой от жизни.

Ловелас, так ловелас – сути это все равно не меняет, как ни назови. И я в очередной раз убеждаюсь, что верить Валевскому нельзя – ни его слащавым речам, ни улыбочкам, ни, тем более, обещаниям. Так что нужно быть на чеку и больше не поддаваться на его провокацию.

Тяжело вздыхаю, пару раз перекривляю интонацию Ромы, повторяя вслух последнюю брошенную им фразу, и выхожу из спальни, направляясь в кабинет. Сегодня уйма работы, а я постоянно думаю о павлине. Точнее, о поцелуе с ним, от которого голова до сих пор идет кругом, и от чего образ Валевского слишком крепко сидит у меня в голове, не желая оттуда испаряться. Злюсь на себя из-за этого сильно, но ничего поделать не могу. Местами даже хочется взвыть от бессилия – зачем, спрашивается, я с ним целовалась с утра? Чтобы теперь вместо работы постоянно об этом думать?

Однако ловлю себя на том, что то и дело поглядываю на часы, подгоняя минутную стрелку.

Как я и подозревала, Рома не звонит – ни в обед, ни вечером, ни даже ночью, чтобы пожелать мне приятных снов. Павлин, что с него взять. Хотя, нет – балабол! Этот эпитет больше подходит к данному случаю. Однако хоть мысли о Валевском ненадолго отвлекают меня от вчерашних переживаний, они (эти самые переживания), как назло, не оставляют меня и сегодня.

Я постоянно прислушиваюсь к тишине за дверью, пытаясь различить шаги. Страх снова окутывает меня с ног до головы, захватывая в свой плен – все тело бьет ознобом, руки начинают дрожать, а мысли забыть гордость и позвонить Роме посещают чаще, чем мне бы того хотелось.

Смотрю на смартфон – почти полночь. Сна нет ни в одном глазу, однако уверена на сто процентов, что павлин уже вовсю храпит в своей немаленькой (исключительно мои предположения) кровати.

Мечусь по комнате из угла в угол, периодически подходя к двери и прикладывая к ней ухо – в коридоре тишина, хоть ты тресни. И мне это совсем не нравится.

Хотя, о чем это я? Пусть лучше эта давящая на все рецепторы тишина, чем снова шаги непонятно кого. А глаза в очередной, не помню, какой по счету раз, косятся на мобильник – может, позвонить?