Книга Сердцеед для блондинки, страница 129 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

И без боя сдаваться не намерен.

Как же она мне нравится, кто бы только знал! И мне кажется, что сейчас даже еще больше, чем четыре года назад.

И вот безумно интересно – она обо мне думала все эти годы?

— Послушай, Захар… – начинает Настя спустя пару минут молчания, но я ее нагло перебиваю:

— Чем тебе чай не угодил?

Вижу, что злится, кривит губы и морщит нос, а ее тон говорит сам за себя – девушка не хочет видеть меня ни сейчас, ни потом, но я продолжаю игнорировать ее столь откровенные намеки, не двигаясь с места. Не уйду, пока все для себя не выясню.

И не решу окончательно – есть ли шанс начать все заново.

Хочу птичку, очень хочу – такую сексуальную, взрослую и уверенную в себе, понимая прекрасно, что она мне нравится до сих пор. Только «хотеть» и «любить» – немного разные вещи, и путать их ни в коем случае не стоит. По крайней мере, точно не с Настей.

Она в очередной раз фыркает, поворачивается ко мне спиной и нажимает кнопку на электрическом чайнике.

— Может, лучше кофе? – интересуется, так и не одаривая меня взглядом, и лезет в шкафчик за всем необходимым.

— Давай кофе, – я немного расслабляюсь, так как лицезреть птичку даже со спины доставляет мне огромное удовольствие.

А в голове уже рисуются картины одна краше другой – вот я подхожу к ней, убираю волосы в сторону, дотрагиваюсь губами до ее прекрасной шейки, а моя рука медленно движется по спине девушки.

Ниже, еще ниже – черт, это реально какое-то наваждение!

— Сахара сколько? – слышу женский голос где-то рядом и прихожу в себя, наблюдая, как Настя с удивлением заглядывает мне в глаза. – С тобой все в порядке? – приподнимает одну бровь вверх и ждет моего ответа.

— Без сахара, – зачем-то киваю головой, делаю глубокий вдох, затем резкий выдох, а после заканчиваю: – Все замечательно!

Знала бы ты, милая, какие сейчас мысли блуждают у меня в голове, не задавала бы подобных вопросов! Но сейчас лучше воздержаться от комментариев по этому поводу, а то точно разговора по душам не получится.

Птичка ставит кружку с кофе передо мной, а следом достает пиалу с шоколадными конфетами – видимо, немного остыла, раз начала проявлять гостеприимство по отношению ко мне.

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? – девушка снова отходит к кухонному столу и опирается о столешницу своей симпатичной пятой точкой. – Если настаиваешь на моем увольнении, то в понедельник я напишу заявление…

— Не настаиваю, – перебиваю резко, чтобы она и дальше не думала об этом.

— Я все прекрасно понимаю, – птичка спокойна, как удав, и, видимо, игнорирует мой слишком резкий ответ, не желая мне верить. – Если ты не сможешь со мной работать, так и скажи…

— Уже сказал, – снова прерываю ее речь, заставляя обратить на меня внимание. – Вопрос закрыт. Только если ты сама, – делаю акцент на последнем слове, не сводя своего пристального взгляда с лица девушки, – не расхочешь со мной работать.

Настя усмехается, складывает руки на груди, а я жду ответа. Надеюсь, мой намек она поняла, и теперь последнее слово за ней. Но чем больше она упрямится, тем сильнее выводит меня из себя. Собирался же стойко держаться, и наоборот – загнать в краску птичку, чтобы понять, остались ли чувства, или нет. И есть ли шанс.

А такое чувство, что загоняю себя – никак не планировал наткнуться на ледяное спокойствие и такой же ледяной взгляд. Без эмоций, мать их!