Книга Сердцеед для блондинки, страница 182 – Илона Шикова, Маргарита Светлова

Как ни странно, но птичке удается успокоить мою сестренку довольно быстро, правда, Лерка ни в какую не желает нас отпускать – они мило беседуют с Настей, в основном, обсуждая мои достоинства и недостатки, а я лишь периодически усмехаюсь и местами фыркаю, так как воспоминания из детства просто ненавижу.

Костюм зайчика, поведение неуд, хамство учителям – ну вот что здесь может быть интересного? Согласен, вел себя глупо (а кто в школьные годы задумывается, что через десять-двадцать лет будет стыдно об этом вспоминать?), но зачем же выдавать все секреты птичке. И она тоже хороша – нет бы, о себе что-нибудь рассказала, а я бы с удовольствием послушал. Однако Настя лишь задает Лерке вопросы, вроде как наводящие, а та тарахтит без умолку, забыв на время о своих переживаниях.

Точно, женская душа – потемки, но пусть лучше дружат, чем ненавидят друг друга. Иначе я точно с ними сойду с ума раньше времени, так и не дожив до старости.

— Настена, точно не сердишься больше? – Лера прощается возле порога спустя два часа после нашего с птичкой прихода.

— Точно, – смеется моя любимая девушка в ответ и целует мою же сестру в щеку.

— Тогда в выходные устроим шоппинг! – Валерия обращается к моей спутнице, однако тычет в меня пальцем. – С тебя кредитка!

— Лера! – фыркает Настя.

— Не вопрос! – поддакиваю сестре и получаю испепеляющий взгляд от птички. – Тогда мы пойдем – у нас еще планы, иначе в выходные, девочки, останетесь без обновок.

Я тяну Настю к лифту, а после и на улицу, точнее в нужный подъезд, на шестой этаж и в свою собственную квартиру, где прямо с порога чуть ли не набрасываюсь на девушку. Безумно по ней соскучился и не желаю больше тратить ни секунды на пустую болтовню. Вторые сутки без нее, а уже не могу сдержать порыва, чтобы не прижать к себе ее прекрасное тело, зацеловать до полусмерти, а после заняться любовью – страстно, дико, но в то же самое время аккуратно, ласково и слишком нежно, чтобы не сделать больно в порыве проявления своих неуемных чувств.

Иначе я просто сойду с ума, если сейчас мы не дойдем до спальни…

— О чем думаешь? – я первым прерываю молчание, когда мы лежим с птичкой уставшие поперек огромной кровати и даже вздыхаем практически в унисон.

— О том, что счастлива, – Настя произносит на выдохе и закрывает глаза. – Очень счастлива, Захар! Даже не представляла, что такое может со мной случиться.

— А помнишь, птичка, – я облокачиваюсь на левую руку, а пальцами другой провожу по лицу девушки. – Ты когда-то спрашивала, зачем ты мне?

— Конечно, – она усмехается, так и не открывая глаз. – Ты еще ответил, что не знаешь.

— Молодой был, многого не понимал, – произношу медленно с небольшим безразличием в голосе. – Зато теперь могу ответить на твой вопрос, если ты хочешь.

— Хочу! – Настя резко открывает глаза и поворачивает голову в мою сторону, впиваясь в меня взглядом.

Надо же, она не забыла ни своего дурацкого вопроса, которым постоянно меня доставала, ни моего глупого ответа, потому что я тогда действительно многого не понимал.

«Не знаю», – это тогда было правдой, но не сейчас.

— Для того, чтобы любить тебя, создать с тобой семью, родить детей, а также…

Договорить я не успеваю, так как Настя резко набрасывается на меня, заставляя снова лечь на спину и обнять ее. Она целует со всей страстью, а ее длинные и распущенные волосы щекочут лицо и шею. Так приятно, когда она рядом с тобой – настоящая, не фальшивая, открытая и очень страстная. Пока немного стеснительная, но это мы вскоре поправим – птичка же не сможет мне отказать в столь маленькой просьбе, как стать более раскрепощенной в нашей спальне.