Книга Авантюристка для красавчика, страница 118 – Илона Шикова

Часы показывают десять часов утра, и я задумываюсь – а почему бы не махнуть прямо сейчас? Сумку собираю довольно быстро, машина у меня хорошая – так стоит ли оттягивать неизбежное, все равно ведь никаких дел в столице в ближайшее время у меня не намечается.

Маме я действительно случайно проболталась, что ушла из журнала.

— Надоело, – единственный аргумент, который смогла произнести и больше не возвращаться к этой теме.

Димасик, гад такой, появился на пороге моего дома спустя пять дней после моего прибытия в Москву. Желания с ним общаться не было от слова совсем, но одиночество тяготило. А тут хоть поругаться можно без особых последствий, заодно поупражняться в остроумии, чтобы квалификацию не потерять. Еще и двинуть этого придурка по башке чем-нибудь тяжелым, если сейчас начнет острить и пытаться меня выставить виноватой.

А что, этот хитрый жук и не на такие пакости способен, мне ли не знать!

— Зачем пожаловал? – я оставила мужчину на пороге, а сама проследовала в зал, предоставив ему право самому решать, как поступить дальше.

Решит свалить – я не против, но к любезностям с Проскуриным не готова. Только сейчас поняла, что не следовало мне в принципе идти к нему на работу. А уж подписываться на авантюру со статьей и конкурсом тем более.

— Трудовую тебе принес, – Димасик, как я и предполагала, проследовал за мной в зал, остановившись посреди комнаты.

— Прямо дежавю, – я с ехидством ухмыльнулась, сидя на диване и глядя на бывшего друга снизу-вверх. Да, идея врезать по его надменной физиономии еще ярче замаячила на горизонте. Как бы не сорваться раньше времени! – За последнюю неделю вторая трудовая – я прямо нарасхват.

Дима кинул книжку на журнальный столик, но остался стоять на своем месте. Прирос он, что ли, к полу? Вот спрашивается, что ему еще от меня надо? И ежу понятно без слов – разговора по душам не получится, да и настроена я воинственно, однако последующие слова моего бывшего шефа слегка охладили мой пыл поскандалить:

— Прости меня, Даш, – и глаза, как у побитой собаки, однако я прекрасно знала эту манеру общения Димасика.

Ему что-то от меня надо, раз пришел вроде как покаяться. Глазки в пол, голос подрагивает, ручки нервно сжимаются в кулачки – да, актерского мастерства Дмитрию Александровичу не занимать. Такой талант пропадает в четырех стенах редакции – ему бы Гамлета играть или Отелло.

Хотя, какой с него Отелло? Разве что Яго, и то под вопросом!

— За что? – приподняла обе брови вверх, не совсем понимая, что Проскурин от меня хочет. – Если ты о Варьке и ее эффектном появлении, то можешь засунуть свои извинения в задницу.

— Она неправильно меня поняла, – Димасик попытался надавить на жалость, но я его резко оборвала:

— Хватит! – сделала паузу, пылая гневом и не сводя пристального взгляда с мужчины. – Достаточно мне твоего вранья. И я очень жалею, что повелась на твои уговоры относительно этой дурацкой и никому ненужной статьи на конкурс!

— Но тогда ты бы с ним не познакомилась, – и снова невинный взгляд, а так же вселенская печаль в голосе, от которой реально стало тошно.

Противно, что раньше этого не замечала, считая Димасика не только своим шефом, но и другом. Поскорее бы избавиться от его присутствия, которое с каждой секундой начинало тяготить все сильнее.