Книга Авантюристка для красавчика, страница 12 – Илона Шикова

— И тебе не хворать, друг мой ненаглядный, – бухчу себе под нос, закрывая дверь и направляясь следом за Проскуриным на кухню.

Кстати, в щеку целует он меня крайне редко, только наедине и исключительно в корыстных целях, а раз Дмитрий Александрович пребывает в прекрасном расположении духа, вальяжно разместившись в удобном кресле, значит, этому наглецу что-то от меня срочно понадобилось.

Даже очень срочно, раз не поленился и среди бела приперся в мое скромное жилище.

И выгнать его будет проблематично – тяжело вздыхаю, понимая всю безысходность ситуации.

— Как дела? – выдает Димасик, улыбаясь на все свои тридцать два зуба, пока я наливаю воду в кофе-машину и запускаю процесс варки любимого напитка моего начальника.

— До твоего прихода было всё прекрасно, – ехидничаю в ответ, поворачиваясь лицом к Проскурину. – Чем обязана?

— А просто так я не могу проведать любимую подругу? – приподнимает одну бровь, а я в ответ закатываю глаза.

Точно, парню от меня что-то очень срочно понадобилось. Неужели эти свиристелки нажаловались нашему несравненному шефу, что я им отказала?

Да бред, если честно – Дима же не идиот, в конце-то концов, чтобы вестись на истерику двух безмозглых дур?

— Рассказывай, зачем приперся, – отворачиваюсь, чтобы взять чашку с кофе, а заодно сделать небольшую передышку и собраться с мыслями.

То, что сейчас Димасик отправится в места не столь отдаленные, если заведет шарманку о глупой мести, не подлежит обсуждению, однако слова парня меня реально на несколько секунд вгоняют в ступор.

— Ты должна мне помочь, – он берет чашку из моих рук, а я лишь в ответ медленно приподнимаю обе брови вверх и округляю глаза. – И не смотри так на меня, подруга ты мне, или кто?

— Или где, – дразнюсь, не желая даже вникать в тот бред, который он сейчас мне предложит.

А в том, что все грандиозные идеи Дмитрия проваливаются с треском, никто даже не сомневается. Хоть и не говорят об этом в лицо шефу, в отличие от меня.

— Дашка, ну почему ты такая язва? – Проскурин кривится то ли от своего шедеврального замечания, то ли от горячего кофе, глоток которого он делает, после чего отставляет чашку в сторону. – Почему мы не можем поговорить нормально, без пафоса или постоянных ехидных высказываний?

— Ты сейчас точно со мной разговариваешь? – честно говоря, от подобной наглости даже не нахожусь, что придумать в ответ.

Обычно с пафосом и ехидством у нас любит разговаривать Димасик, а мы уже подстраиваемся под его манеру изъяснений, чтобы не ударить в грязь лицом.

Дело в том, что мой друг терпеть не может нытиков – мгновенно пресекает любую попытку поплакаться в жилетку нашему любимому начальнику, посетовать на судьбинушку, которая, как обычно, несправедлива и слишком уж жестока, или пожаловаться на коллег (здесь так же подходят бывшие парни, мужья или родственники, которые ну никак не хотят понять ее, бедную и несчастную). Зато Дмитрий Александрович обожает сплетни, козни и интриги – сам фору даст любому по части их плетения.

— Я вообще-то по делу, а ты как обычно…

— Дим, не начинай, – отмахиваюсь от Проскурина, как от назойливой мухи, потому что свои мозги я ему не подарю, а пытаться переубеждать в чем-то друга, с которым знакомы уже дай Бог памяти, сколько лет, нет никакого желания.